– Ну а позднее у тебя были оргазмы?

– Я же здоровая женщина. И ты это прекрасно знаешь. Филипп – это все необычно.

– Расстроена?

– Немного нервничаю.

– Не надо, – спокойно сказал Филипп. – Ты сейчас чертовски сексуальна. – Он коснулся кончиками пальцев губ Анны. – Я привязал тебя слабым узлом. Один хороший рывок – и ты свободна.

Анна попробовала, насколько силен узел.

– Но ты ведь не хочешь освободиться, не правда ли?

Анна расхохоталась:

– Горю желанием узнать, что же произойдет в следующий момент.

Филипп встал и сбросил с себя халат. Анна услышала, как он с шуршанием опустился на пол. Она знала, что ее возлюбленный стоит сейчас перед ней во тьме совершенно голый. Филипп присел рядом на кровать.

– Расскажи мне о своем чувстве вины, которое переполняло тебя, когда ты трахалась с женатым человеком.

– Поначалу это очень возбуждало, но затем он по-настоящему влюбился в меня. Я хочу сказать, что он просто с ума сошел. Он начал говорить, что готов бросить жену и детей. Тут я поняла, какое зло совершаю. Мое маленькое приключение могло разрушить счастье другой женщины, уничтожить семью. Для меня это было невыносимо.

– И ты убежала.

– Да. Я убежала. И с тех пор не имела дела ни с одним женатым мужчиной.

– Расскажи о втором твоем любовнике.

– Об Уильяме?

– Об Уильяме так, об Уильяме. Он что, тоже был намного старше тебя?

– Да. К этому времени он разошелся с женой, но детей у них не было. В сексе он оказался настоящим профессионалом.

– Профессионалом? – Филипп медленно провел ладонью по всему телу Анны, нежно помассировав ее груди. – Что ты имеешь в виду?

– Уильям относился ко мне как к женщине. Ден считал меня ребенком и любил называть малышкой. Билл был чем-то большим… – Анна замолчала, почувствовав, как теплые губы Филиппа коснулись ее сосков.

– Продолжай, – потребовал Филипп, и Анна всей кожей ощутила его жаркое дыхание.

– Не могу, когда ты так целуешь меня.

– Можешь. – Он слегка укусил сосок Анны, и от боли она вся выгнулась. – Расскажи, расскажи мне о Билле, который относился к тебе как к женщине. Ты всегда с ним кончала?

– Да, – прошептала Анна.

– Всегда?

– Часто. Но не как с тобой. Ты это хотел услышать?

– Я хочу только правду.

– У меня ни с кем не было такого, как с тобой. Помнишь, тот первый раз в Вейле… Это было больше, чем все прежде, вместе взятое. Думаю, что это ты и хотел услышать.

– Нет. – Филипп поцеловал ее в шею, а затем язык его скользнул между грудей. – Об этом ты можешь не говорить. Я и без слов все знал.

– Невозможное чудовище. Я люблю тебя, Филипп.

Анна поклялась никогда не произносить больше этих слов, но сегодня она призналась ему в любви уже дважды. Слегка пристыженная своей слабостью, Анна рванулась было, чтобы освободиться, но у нее ничего не вышло.

– Ты же сказал, что я в любую минуту могу освободиться?

– Еще не время. Расскажи мне о третьем. Как его звали?

– Курт. Он работал со мною в Майами в газете. Он был моим боссом.

Голос Анны стал мягким, даже сонным: она ощущала возбуждающее прикосновение языка Филиппа. Он мягко скользил по животу и ниже, где ее жаркая влажная плоть была едва скрыта тонкой кружевной полоской.

– И как долго он был твоим любовником?

– Прошлое лето. Мы вместе ходили купаться на пляж ночью. Он обычно приносил с собой бутылку вина, и мы занимались любовью прямо под звездами. Курт иногда давал мне покурить травку.

– И тебе это нравилось?

– Иногда было противно и подташнивало, а иногда ничего, даже возбуждающе.

– Скромным любовникам это очень помогает.

– Развяжи меня.

– Я же сказал, что освободиться ты сможешь и сама. Филипп просунул пальцы под трусики и одним движением снял их.

– Но я не могу освободиться, а мне так хочется коснуться тебя.

Филипп начал целовать ее бедра, а затем язык коснулся и самой плоти. Он начал проникать туда все глубже и глубже, как в первый раз: нежно и настойчиво одновременно. Анна еще раз попыталась освободиться и не смогла, а язык Филиппа то выходил, то вновь входил в нее, вызывая невыразимое желание. Анна выгнулась и обхватила ногами спину Филиппа, приподнявшись так, чтобы продлить удовольствие, сделать его сильнее и доставить радость Филиппу, открывшись ему до конца.

Шелковые чулки больно резали запястья. Но узел наконец-то поддался, и правая рука освободилась. Анна тут же развязала другую. Теперь она обхватила руками голову своего возлюбленного и с глубоким вздохом выдавила из себя: «Иди. Иди ко мне…», сама удивляясь звуку своего голоса.

Филипп неожиданно засмеялся.

– Я же говорил, ты легко можешь освободиться и сама.

Анна жадно поцеловала Филиппа в губы и прошептала:

– Не смейся надо мной. И больше не привязывай меня к постели.