«Ах ты, сука! Больно же!»

Мими забыла про страх и метнулась вперед, не думая о собственной безопасности. Она издала боевой клич, что всплыл в ее памяти лишь в это мгновение. Тот самый клич, которым Михаил поднимал свое воинство в бой.

— Некси инфиделес! — взревела Мими. — Смерть неверным! Смерть предателям!

Сейчас она была Азраил, золотая и устрашающая. Ее лицо, волосы и меч пылали ослепительным светом.

Могучим ударом она рассекла лжестража надвое. И, пошатнувшись, отступила. Черный дым заполнял ее легкие. Ей необходимо выбраться отсюда. Мими ощупью нашла дорогу ко входной двери и распахнула ее — как раз в тот момент, когда с другой стороны к ней подошел черноволосый мужчина. В мгновение ока он приставил к горлу Мими нож.

У Мими упало сердце.

Ее взял в плен Кингсли Мартин.

Изменник, продавшийся Серебряной крови.

Она обречена.

Лоуренс настоял, что сам поведет машину, и пока они ехали по темному извилистому шоссе, Шайлер невольно обратила внимание на крохотные мерцающие огоньки на склоне горы и на то, насколько они красивы.

— Угу, только там, наверное, трущобы, а значит, электричество подключено кое-как. И является потенциальным источником пожарной опасности, — заметил Оливер.

Шайлер вздохнула. В этом городе смешалось все: нищета и богатство, преступность и беззаботность туризма, образовав пьянящую, головокружительную смесь. Здесь невозможно было восхититься красотой и не заметить рядом уродства.

После одного особенно крутого поворота Лоуренс внезапно резко свернул на обочину и тяжело осел на сиденье.

— Дедушка! — вскрикнула встревоженная Шайлер.

Она увидела, как глаза Лоуренса задвигались из стороны в сторону, словно во сне. Но он не спал, он принимал сообщение. К тому моменту, как это завершилось, лицо Лоуренса сделалось мертвенно-бледным. На мгновение Шайлер показалось, что он сейчас потеряет сознание.

— В чем дело? Что случилось?

Дедушка развернул носовой платок и прижал ко лбу.

— Это был Эдмунд Эрлих — перед своим уходом. Весь Совет перебит. Тех, кого не сожгли, забрали.

— Все мертвы?! — ахнула Шайлер. — Но как?! Почему?.. — Она сжала руку дедушки. — Что значит — они все мертвы?

Она обернулась на заднее сиденье, к Оливеру, ища поддержки. Но Оливер потрясенно молчал, и на лице его застыло выражение беспомощного замешательства.

— Оказалось, что Альмейда принадлежат к Серебряной крови, — произнес Лоуренс, запинаясь, что было ему совершенно несвойственно. — И нынче вечером они раскрыли карты. Я подозревал это — потому и задержался в Рио дольше, чем планировал, но Альфонсо прошел испытание. У него не было Метки. Меня одурачили. — Лоуренса трясло. — Но у них была помощь. Эдмунд сказал, что Нэн Катлер — одна из них.

Шайлер прикусила губу.

— Нэн Катлер! — Голос Лоуренса звучал словно у смертельно раненого. — Во время кризиса в Риме она внесла неоценимый вклад в разгром Серебряной крови. Она долгие годы хранила верность Совету, и это обмануло меня. Моя вина. Я был слишком самоуверен и доверчив, вместо того чтобы соблюдать осторожность.