в Литве - 85 процентов,

во Франции - 76,1 процента,

в Бельгии - 55,5 процента,

в Швеции и Болгарии - по 46,5 процента,

в Словакии, Швейцарии, Словении, Корее, Испании, Финляндии, Германии и на Украине более одной трети,

в США - 22,5 процента,

в России - 11,8 процента.

Самые крупные АЭС мира:

Фукусима (Япония) - 10 энергоблоков общей мощностью 9096 МВт,

Брюс (Канада) - 7 энергоблоков - 6372 МВт,

Запорожская АЭС (Украина) - 6 энергоблоков - 6000 МВт,

Гравелин (Франция) - 6 энергоблоков - 5706 МВт,

Палюэль (Франция) - 4 энергоблока - 5528 МВт…

Среди атомных станций России самые крупные АЭС - Балаковская и Курская, мощность каждой из них по 4000 МВт".

Сейчас на 9 атомных станциях России эксплуатируется 29 энергоблоков установленной мощностью 21242 МВт, в том числе 13 энергоблоков с реакторами типа ВВЭР, 15 энергоблоков с уран-графитовыми канальными реакторами и один энергоблок с реактором на быстрых нейтронах (БН-600).

Мне кажется, что все споры о том, нужна ли нам атомная энергетика, давно уже стали бессмысленными - история цивилизации уже ответила на этот вопрос. Но почему же они идут? Мне кажется, от незнания, просто легче жить не задумываясь…

А наш разговор с Коломцевым продолжается. Я спрашиваю его:

– Топливо дорогое?

– Очень! Одна загрузка стоит сегодня 70 миллиардов… Мы должны выработать девять миллиардов киловатт-часов электроэнергии, топливная программа под нее - 200 миллиардов рублей. Казалось бы, всего десять процентов - немного, но дело в том. что мы их"живыми деньгами" не получаем, а потому рассчитаться за топливо и не можем. А далее уже "срабатывает" порочная цепочка неплатежей.

– А в чем ее особенность, по-вашему?

– Это конфликт между собственниками и государством. Мы производим энергию, а продают ее частники - получить от них деньги, как известно, можно только силой.

– Но мы говорим о "цивилизованном рынке" ?

– По-моему, это такая же утопическая мечта, как и "общество справедливости".

– Оставим эту тему — она только портит настроение… Вернемся к технологии. Мне кажется, очень важно услышать от вас, как именно работает атомная станция, причем эффективно…Итак, топливо постепенно выгорает, его "производительность" падает - на каком этапе вы понимаете, что его нужно выгружать и заменять новым?

– Это физика и физики. Их у нас много, и по-прежнему они остаются у нас главными специалистами, хотя подчас и распространяется мнение, что физикам теперь нечего делать на АЭС, мол, все там известно…Это ошибочное представление, и каждый день работы станции доказывает это. К примеру, то же топливо. Мы перезагружаем обычно треть активной зоны. Выработанное топливо отправляется в бассейн выдержки - он находится рядом с реактором. Три года топливо держим под водой в этой специальной емкости. За это время остаточное энерговыделение падает, и мы отправляем топливо на "Маяк". Опасна ли такая операция? В принципе, безусловно - ведь используются подъемные краны, разные механизмы и машины, а следовательно, в любой момент они могут выйти из строя. Да, мы применяем резервирование, используем новую технику - к примеру, новые краны уже с двойными приводами - и так далее, но, тем не менее, требуется аккуратность и надежность работы людей. Это и есть "культура безопасности".

– А все-таки сбои были?

– Случалось… Роняли не контейнеры, не сборки, но сходы кассет с инструментом случались, падали и кассеты…

– Это авария?

– Да, но не ядерная, так как в той же воде все происходило, а там они безопасные…

– Что же тогда самое опасное на атомной станции? "Зеленые" считают, что как раз топливо– поэтому они протестуют, когда от вас спецпоезда идут на "Маяк", но вы считаете, что опасность в другом, не так ли?

– Разгон реактора. Как это было в Чернобыле…Это на канальных реакторах. Неуправляемый процесс там приводит к катастрофе.

– Но у вас другие реакторы…

– У нас, наверное, то же самое. Однако наш реактор "разогнать" очень сложно, так как у нас "внутренняя безопасность" реактора намного выше - чем больше мощность, тем он быстрее "глохнет". Но, тем не менее, "доводить" реактор до того момента, когда сработают предохранительные клапаны и системы защиты, не следует - это опасно! Опасна также потеря плотности первого контура…

– Что вы имеете в виду?

– Разрыв трубопровода. И тут самое ответственное - металл! Обязательно следует знать, в каком он состоянии - нужна гарантия, что нет ни трещин, ни разрывов… Нужна четкая работа системы безопасности первого контура…

– Но ведь именно у вас были обнаружены трещины в нем? Как это произошло?

– Во время планового осмотра оператор Виктор Новоселов увидел "туман", который образовался вокруг микроскопической трещины…Вот что значит "человеческий фактор" - именно внимательность и дотошность одного человека смогли предотвратить большие неприятности…