Насколько орки хороши на посту, Аль Арвиль не знал и поэтому всю ночь так и не сомкнул глаз. На рассвете он отправил Расти и Жры к плотам. Когда обе девы закончили с завтраком и готовились выходить под дождь, явился мокрый Ларгис. Он сообщил, что вдалеке показался конный отряд — лошадей двадцать, если не больше. Едут шагом, но поторопиться не мешает.

Поторопились как раз вовремя. Светлый и Разведчик уже выгнали плоты на чистую воду, когда у покинутых мостков показался первый всадник. Мужчина делал вид, что ищет спуск к реке — коня напоить, и нисколько не обращает внимания на два плота. Лучше бы обращал. Не заинтересоваться такими редкими во всех отношениях плотами мог только селянин, которого неудачно уронили в детстве. Нэрнис решил, что его спутникам все-таки придется потерпеть скачки под парусом — теперь уже по весьма веским причинам. Этот «муж-сын» хозяйки сараев наверняка последует за ними по берегу. И остальные такие же от него не отстанут. Странные путешественники на груженых плотах совсем не та добыча, которую упускают.

Нэрнис поднял парус, Жры предусмотрительно облапил бочку и держал голову на отлете. Следом за командой «хватайтесь» Светлый сотворил бурю в своем «мерном бочонке», и воздушный поток ударил в ткань. Мачта треснула, верхний рей сломался пополам, дырявый парус обвис. Вдаль улетал, соря кусками, преизрядный ком земли с торчащими из него ветками.

— Что это было? — Светлый проводил глазами неизвестный предмет, который с плеском канул в реку.

— Сысна. Мылыдая. — Жры заглянул в бочку. Ни земли, ни веточки. Летающие деревья породили в сознании наемника такую вереницу размышлений, нетипично длинных и странных, что орк очень быстро прекратил думать вообще. А то и с ума сойти недолго.

— Понятно… — Нэрнис не стал уточнять, зачем Жры засунул в бочку «саженец». Наверняка, хотел как лучше. — Ларгис, беремся за шесты. Паруса у нас больше нет. Мачту при первой возможности пустим на дрова. Вечером попробуем пристать к какому-нибудь островку или отмели. К берегу, похоже, нам теперь еще долго не придется приближаться.

Как и ожидалось, преследователи не собирались оставлять их в покое. Иногда на берегу появлялись всадники. Не больше одного за раз, но все разные. Прямо-таки не берег, а место для конных прогулок. Осенние развлечения местных жителей от нечего делать…. Нэрнис еще ночью размышлял о том, что большая компания недружественно настроенных людей, может вполне успешно примирить Светлого эльфа с самыми невероятными явлениями. Например, с орком, который разделяет с ним кров. Пусть, не совсем рядом, еще чего не хватало, но в одном помещении. Кому сказать — не поверят. К тому же мокрый Жры пах гораздо хуже, чем сухой. Перетерпел же. Теперь выяснилось, что присутствие где-то там на берегу конного отряда, очень вдохновляет на трудовые подвиги. Течение Беноры было вялым, но Аль Арвиль с Разведчиком почти заменили собой драный парус и Светлые Силы вместе с Темными. Плоты шли вперед, как на соревнованиях плотогонов. Ларгис еще успевал слушать и докладывать о скорости преследователей. Их лошади редко шли рысью, в основном галопом. Очень хотелось надеяться, что люди не выдержат постоянной скачки и их лошади тоже.

Дважды удавалось почти оторваться от преследователей. Светлый и Темный уже натерли себе мозоли, орудуя шестами. Девы и Расти промокли насквозь и дружно шмыгали носами. Еда превратилась в сплошное неудовольствие, а ночевки посреди реки в пытку. Только ближе к Пальдасу, где Бенора дробилась на рукава, настырные провожатые, видимо где-то основательно увязли. Нэрнис не ждал, что люди так просто сдадутся. Наверняка предпримут какую-нибудь последнюю попытку догнать и ограбить. Поэтому он объявил своим спутникам, что в городе они не остановятся. А если появится возможность купить морское суденышко, не покидая плотов, то так он и поступит.

Жители Пальдаса не были избалованы зрелищами, тем более такими удивительными. По извилистому рукаву Беноры шли два странных плота. На одном из них, на первом, орудовал шестом эльф, рядом с которым сидел орк. На втором были две девицы, мужчина и мальчишка. Общее внимание привлекал мальчишка. Он стоял и орал, как зазывала на рынке. Только этот юный крикун ничего не продавал, а наоборот — покупал:

— Купим большую лодку! Купим морскую лодку! Парусную большую лодку купим! И с веслами! Платим как за две! Набегай, предлагай!

Народ живо откликнулся. Набегали и предлагали, но все при этом зазывали в свои лодочные сараи посмотреть товар. Кому же не хотелось «как за две»? Нэрнис понял, что такой торг соберет весь город, и просто указал на первого попавшегося «продавца».

— Вот у вас купим. Куда править?

Радостный горожанин бежал по берегу и указывал. Другие, менее счастливые, не спешили разбредаться. Часть жителей Пальдаса справедливо полагала, что лодка покупателям может и не понравиться. В любом случае, чтобы дотащить лодку из сарая до лимана в это время года, через грязь и ил, надо будет нанимать помощников — какой-никакой, но — заработок.

К лодочному сараю почти прибыли. Причаливать и сходить было некуда, если только не пытаться повторить попытку Жры утонуть в жиже. Продавец распахнул ворота своего далекого от воды дока. Аль Арвиль мог видеть лишь нос своего будущего корабля, который белел в темноте сарая. Пришлось соглашаться не глядя.

— Шторм выдержит?

— А? — Владелец посудины бежал от сарая к берегу, чтобы услышать окончательное решение. — А-а, шторм выдержит. Море нынче спокойное.

Кому спокойное, а кому и не очень. Ларгис смотрел вдаль на бескрайний простор и чувствовал, что его сейчас раскачает. Народ всей толпой тащил лодку к большой воде. Хитрый продавец пообещал выпивку всем помощникам, поэтому желающих помочь оказалось даже слишком много. Стелили доски, переставляли катки. «Корабль» медленно, но верно плыл по суше к морю, предвещая Ларгису скорую пытку. Нэрнис приказал налечь на шесты и направил плоты в лиман следом за большой, не менее пятидесяти шагов в длину, ладьей. Купил, называется… Светлый прикидывал, как придать этому широконосому кораблю требуемую скорость и поминал недобрым словом свои «мерные» способности. Придется купить еще две пустые бочки. Главное, чтобы заботливый Жры в них больше ничего не подложил.

К огромному огорчению продавца, ладья увязла уже в лимане. Но странные покупатели не огорчились. Они, наоборот, занялись перегрузкой вещей, один за другим поднялись по веревочному трапу и потребовали парус для осмотра. Несколько горожан, узнав, что эти горе-путешественники, собираются грузить еще и провизию, помчались к ближайшим кабакам, чтобы перепродать снедь с выгодой.

Последними на лодку были переправлены две пустые винные бочки. Наконец, бывший владелец ладьи получил плату, плоты и пожелание всего самого наилучшего. Люди на берегу ждали, чем дело кончится, и когда покупатели озадачатся тем, что выйти в море при встречном ветре из местной лужи невозможно? Прилив уже начал отступать, и ладья должна была вскоре завалиться на бок. Подъем паруса был встречен дружным хохотом.