–Мне придется поговорить с Огги.
– Он просто держал меня за руку, но старался не встретиться взглядом.

–Я могу поговорить с ним, если ты хочешь, или пусть это сделает Жан-Клод.

–Жан-Клод, скорее всего, сможет найти компромисс, который устроит Огги, - ответил Хэвен.

–Помнишь тех двух львов, которых ты почти подмял под себя, когда был тут в прошлый раз?

–Студенты колледжа, да, помню.

–Они помогали мне держать моего зверя под контролем. У Джозефа множество таких студентов. Позволь им завершить их образование и начать зарабатывать чистые деньги.

Его рука напряглась на моей, не сильно, но ощутимо.

–Ты спала с ними?

Я хотела было спросить, какое это имеет значение, но было что-то в его позе, некая неподвижность, настороженность, так что я решила, что не стоит его дразнить. Я сказала правду.

–Нет.

–Ни с одним из них?
– спросил он.

–Нет, но я делила с ними своего зверя, и было бы несправедливо об этом забывать.

–Не знаю, что ты имеешь в виду под этим всем, но они не доминанты.

–А если бы я спала с любым другим львом?

Он посмотрел на меня, и в его взгляде не было ничего успокаивающего, черт, там даже ничего человеческого не было.

–Я не стану делиться с другими львами.

–Мне будет нужен не один представитель от каждой группы, ты же не сможешь быть при мне двадцать четыре часа в сутки.

–Нет, не смогу.

–Кроме того, у меня есть мой Немир-Радж Мика, а Натаниэль при этом подвластный зверь от леопардов. Возможно, что так же будет со всеми моими животными.

–Но Ульфрик у тебя один.

–Не совсем так, - ответил Грэхэм.
– Она довольно часто встречается с Джейсоном.

–Он pomme de sang Жан-Клода, - заметила я.

–Поэтому ты с ним видишься, но трахаешься ты с ним по другой причине.

–Спасибо, что напомнил, Грэхэм.
– Забавно, как часто Грэхэм напоминает о том, что я его не хочу.

–Он лучший друг Натаниэла, - заметил Нечестивец.

–А не могли бы мы сменить тему?
– спросила я.

–Но Джейсон не ее подвластный зверь, - парировал Истина.

–Тогда почему у нее есть среди подвластных зверей леопард и нет волка?
– спросил Грэхэм.

–Мы не знаем, - ответил Нечестивец.

–Парни, хватит уже, - взмолилась я.

–Она права, - сказал Хэвен. Он посмотрел на Джозефа.
– Сегодня мы к решению не придем. Так что пойди к своему прайду и скажи, что подвел их. Скажи, что на сегодня они в безопасности.

–А что будет завтра?
– спросил Джозеф.

Хэвен снова улыбнулся той неприятной улыбкой.

–Завтра мы проверим, насколько ты удачлив, молись, чтобы удача от тебя не отвернулась на этот раз.

–Ты станешь нашим Королем, нашим Рексом, - начал Джозеф. Он взглянул на льва.
– Но готов ли ты сделать то, что делают Ульфрик и Немир-Радж?

–И что же это?

–Спать с ее Мастером. Спать с Жан-Клодом.

Забавно, но некоторые слухи никогда не умрут, независимо от того, как долго вы пытаетесь их опровергнуть.

Прежде, чем я смогла что-то сказать, Хэвен ответил:

–Ты веришь каждой сплетне, которую услышишь?

–Это не слухи, если есть подтверждение.

–Ты считаешь, что я спала с твоими молодыми львами, но это не так.

–Ты говоришь, что не спала с ними.

–Выведите его отсюда, - сказал Хэвен.

Вампиры посмотрели на меня. Я кивнула.

Они повели Джозефа к двери.

–Ты приговорила меня к смерти, Анита, - бросил он через плечо.

Я не знала, что ему ответить, потому вообще ничего не сказала. Нельзя спасти всех, к тому же мы не могли себе позволить иметь в союзниках того, кто мог нас в любой момент оставить без поддержки. Дело было не только в сексе. В его прайде не было ни одного льва, который бы сгодился на должность телохранителя. Ни одного. Нельзя быть слабым и при этом выжить.

Нечестивец говорил что-то Джозефу шепотом и очень быстро. Его пальцы напряженно сжимали руку мужчины. Не важно, что он там говорил, но проклятья и посылы были слышны даже сквозь уже закрытую дверь.

–Что ты сказал ему, Нечестивец?
– спросила я.

–Я сказал, что лев позволил им пережить сегодняшний вечер в безопасности, но если он продолжит что-то не то говорить о моих Мастерах, я ему эту безопасность гарантировать не смогу.

–Он мой, - возразил Хэвен.

–Я всего лишь сказал, что не смогу гарантировать его безопасность, но не говорил, что убью его. После всего, что он тут наговорил, я решил, что стоит его просто припугнуть, чтобы он наконец ушел.