— Лисса, я…. — Попытался вклиниться я в её речь, не замедляя при этом своего шага.

— Светел, но почему? Да подожди же ты. — Зло вскрикнула она, хватая меня за руку и разворачивая лицом к себе.

— Лисса. — Устало произнёс я.

— Не надо было делать этого. — Выкрикнула она, не желая меня слушать, но тут же жалобно спросила. — Светел, зачем?

— Но я должен был. Именно я повинен в том, что произошло с тобой, что произошло со всеми теми, кто окружал тебя весь этот год. И только я могу положить этому конец.

— Конец чему? — Раздосадовано выкрикнула Лисса, продолжая свой допрос.

— Я истинный оборотень, — нетерпеливо мотнув головой, принялся объяснять я, — и все вы в той или иной степени мои порождения. Если я умру….

— Проклятая кровь! — Вдруг резко выкрикнула Лисса, чем немало напугала меня самого.

— Что?

— У тебя проклятая кровь. — Взбудоражено ткнула она в меня пальцем.

— Так и я ж о том же. — Страдальчески произнёс я, так как признавать собственную вину, не являясь при этом полностью виноватым, было ужасно. — Я источник проклятой крови и моя смерть снимет со всех вас проклятие, независимо от того что не я сам укусил тебя и всех остальных, достаточно уже того, что укусившего вас, ранее ранил лично я, а значит в вас течёт моя кровь и все вы относитесь к моей кровной линии.

— Нет, в них не твоя проклятая кровь. — Отчаянно закачала головой Лисса.

— Что? Но ведь я обратил того самого первого? Или нет? — Неуверенно нахмурился я.

— Обратил его действительно ты, я не спорю, вот только, Светел, ты не учёл одного обстоятельства. — Меня слегка удивило победное выражение, внезапно появившееся на её лике, казалось, оно было здесь и сейчас несколько неуместным. И всё же по выражению её лица я понял, что она гордится собой, а значит то, что она собиралась сейчас сказать, было по-настоящему стоящим. Я застыл в ожидании продолжения её речи, и Лисса не заставила меня долго ждать.

— Они вкусили человеческой плоти и крови, и вкусили её добровольно. — Довольно произнесла она, многозначительно сощурившись, словно на что-то намекая и, в конце концов, я понял на что именно, тем более что она незамедлительно мне это и пояснила. — Сами! Понимаешь? Значит для них уже нет возврата. Они сделали свой выбор. Они не стоят твоей жизни, Светел, но и твоя смерть ничего в них не изменит.

— А ты? Ты ела человечину? — Затаив дыхание напряжённо спросил я, но, увидев возмущение на её веснушчатом лице, несколько расслабился.

— Нет, я нет, конечно же, нет.

— Тогда я сделаю это ради тебя. — Твёрдо заявил я.

— Ради меня не надо, Светел, пожалуйста. — Взмолилась Лисса.

— Лисса, я хочу, чтобы ты была счастлива, пойми.

— Но я буду счастлива только с тобой, Светел. Я была так несчастна весь этот год без тебя. Я не выдержу больше, Светел, пожалуйста, не бросай меня. — Она упала на колени, зарылась лицом в сложенные лодочкой ладони и расплакалась. — А я рада жить и так, лишь бы с тобою рядом. — Тихо закончила она.

Я опустился на землю рядом с ней и тоже встал на колени.

— Лисса, не плачь, пожалуйста.

Но она вдруг резко отстранилась от меня и подскочила. Я поднялся следом за ней, а лисичка, словно обезумев, совсем неожиданно стукнула меня крохотным кулачком в грудь. Один раз, потом второй, а затем и вовсе принялась молотить по ней, резко, с силой и не переставая.

— Ах, ты, чёртов сукин сын. Почему ты убежал от меня? Это не честно! Я ведь только что обрела тебя после долгой разлуки. Я так ждала, я так скучала…. А ты…, ты…. — Она всё никак не находила слов и я понял, что это мой шанс.

Я схватил её за сжатые кулаки и заставил остановиться.

— Лисса, прости, я никогда тебя больше не покину, и впредь всегда буду рядом с тобой. Всё что я делал, я делал только ради тебя, пойми.

— Мне не нужны такие жертвы. — Она вытянулась как струна и гневно топнула ножкой.

— Но, Лисса….

— Я думала, ты никогда не вернёшься. Думала это конец.

— Но ведь я обещал, я же ушёл только на время. — Возмущённо воскликнул я.

— Но я думала….

— Забудь обо всём. — Я махнул рукой. — Главное то, что мы с тобой снова вместе и больше никогда не расстанемся.

Она недоверчиво заглянула мне в глаза.

— Никогда-никогда?

— Никогда-никогда.

— Обещаешь?

— Обещаю.

И Лисса, улыбнувшись сквозь слёзы, на этот раз уже доверчиво устроилась у меня груди, прижавшись ко мне всем телом.

— Так что там на счёт священника? — Тихо промурлыкала она. — Почему его нет на месте?

Господи, а я глупец уже совсем забыл об этом!

— Насколько я понял из общих разговоров, он во главе нескольких десятков мужчин выступил в поход против ведьмы, непосредственного источника всех бед. — С горечью произнёс я.