— Да, конечно.

— Ну хорошо. Иди узнай, на сколько забита стрелка с бабой.

Сергей подошёл к стойке бара.

— Можно позвонить? — спросил он у девицы похудее.

— Конечно, вот телефон, — и она придвинула ему аппарат.

Сергей набрал номер Димы.

— Привет. У меня все готово. Встречаемся, как договаривались. Время — шестнадцать часов — остается?

— Нет. Время изменилось. Она сейчас перезвонила и перенесла встречу на четырнадцать. Может, специально, для подстраховки? Вы успеете?

— Постараемся, всё равно встречу уже не отменишь. Значит, время пошло.

Сергей положил трубку и тут краем глаза увидел простенький, с запоминанием последнего номера определитель. На нем высветился телефон Димы.

— Нам это ни к чему, — подумал Сергей.

Он набрал «100» и посмотрел на свои часы.

— Отстают, — сказал он девицам.

На дисплее номер Димы немедленно погас, а светилась только последняя набранная сотня.

«Порядок», — подумал он. Он вернулся к Николаю.

— Время изменилось — перенесли на четырнадцать часов.

— Так, осталось всего ничего, только два часа! — нервно заметил Николай. — Ладно, успеем. С тобой мы встречаемся около кинотеатра, покажешь дорогу. Ты будешь на своей тачке?

— Да, номер 508. «Шестёрка» синяя. А вы?

— Мы на сером «мерине» [ «Мерседесе».]. Дима пусть стоит во дворе, справа, мордой машины в угол. Номер 345?

— Да, всё правильно.

— Тогда расходимся.

Николай прошёл через зал, подошел к барменше и начал её тискать. Другая в это время завистливо приговаривала:

— Коленька, ты её посильнее зажми или иди ко мне. Я тебя лучше поцелую. Она сегодня какая-то усталая: может, заболела чем или ночью плохо спала!

— Некогда, девчата. Вечером за еду, — и он прижал к себе обеих сразу, проворно и сноровисто залезая им под кофты. Те довольно смеялись.

В назначенное время Сергей подъехал к кинотеатру «Новороссийск». Его трясло, как в лихорадке. Он пытался успокоиться и справиться с трясучкой, но не получалось. В зеркало заднего вида он увидел подъехавший сзади серый «Мерседес». Из него вышли два крепких парня и подсели к Сергею. Это были уже знакомый ему Николай и здоровенный бритоголовый кавказец.

— Здравствуй! — поздоровался кавказец. Потом, посмотрев на валяющийся под ногами инструмент для машины, с выражением, а главное — с большим чувством добавил:

— Какой бардак!

— Значит, так, — начал Николай, выпуская дым в приоткрытое окошко, — ты езжай, а мы за тобой. Покажешь нам ее и Диму этого и можешь ехать домой. Дальше мы сами будем работать.

— А как мы потом свяжемся?

— Мы Диме всё скажем. Или позвони вечером. Ну, давай.

Они пересели обратно в «Мерседес» и поехали за синей «шестёркой».

Через несколько минут во двор колодцеобразного сталинского дома влетели две машины. Сергей сразу заметил одиноко стоящую, уперевшись в стену дома, белую «шестёрку» Димы, в которой через шторку на заднем стекле просматривались две фигуры. Значит, всё идёт по плану. Нана приехала. Капкан, кажется, захлопнулся.

Синяя машина встала метрах в тридцати от белой. А «Мерседес» подпёр белую. Из него вышли четверо и подошли к Диминой машине.

Нана сидела как ни в чем не бывало. Как будто уже давно этого ждала.

— Выйди, — приказали они Диме, а сами сели в его машину, зажав женщину с двух сторон и отрезав ей тем самым путь к бегству.

Дима сел к Сереже. Когда тот посмотрел на него, то изумился: Димино лицо было похоже на белую гипсовую маску.

Ребятам в этот момент казалось, что наступает конец света. В ушах постоянно звенело и давило на мозги, а солнце превратилось в большой чёрный диск, не отдающий, а забирающий последний свет.

В Диминой машине в это время происходил такой разговор:

— Здравствуйте, Нана Зурабовна, — с наигранной вежливостью начал Николай.

— Здравствуйте, — несколько испуганно ответила женщина, оценивая степень вероятной опасности.

— Ну, что, девочка, побегала и хватит?! Ты ведь уже поняла, зачем мы приехали? Ведь правда? — И её не очень сильно стукнули в бок, для острастки.

— Поняла. Зачем вы меня сюда притащили — чтобы убить и ограбить? — попыталась поиграть в истерику Нана Зурабовна, но получила ощутимый удар по голове.

— Подожди, — поправил Николай другого бандита, — успеешь ещё. А то сразу ей мозги выбьешь — кто потом будет лавэ [Лавэ — деньги.] отдавать!