Принцесса хотела встать, но её желания, как всегда, ничего не значили.

— Лежи, — приказал приятно и страшно одновременно знакомый голос. — Хватит с тебя на сегодня прыжков.

— Где я?

Значит, это не дворец Маргулая, а то самое место, где всё начинается и заканчивается. Оказаться тут сразу, без соблюдения ритуала смерти? Это казалось невозможным, непонятным и поэтому пугающим. Но, может, она ошибается? Хотелось бы верить.

— У меня дома.

У Стеллы похолодели пальцы. Оказаться в царстве мёртвых… Тогда понятно, откуда этот странный сумрак.

— Неужели меня убили? — недоумённо подумала она. — Но когда? Я ничего не помню…

— Нет, ты жива, — прочитав её мысли, ответил Мериад. — Зато с твоей ногой не всё в порядке.

Принцесса явственно, впервые в полную силу почувствовала острую боль от прикосновения к левой ноге. «Как же я бежала с такой болью?» — промелькнуло у неё в голове.

— Потерпи, скоро тебе станет лучше. — Голос у бога был необычно ласковым.

— Зачем Вы спасли меня? — Стелла приподнялась на локте и сквозь падавшие со лба пряди волос посмотрела на Мериада. Почувствовав её взгляд, он едва заметно улыбнулся, снисходительно и насмешливо.

— Так ты признаёшь, что я спас тебя? — Голос его изменился, утратив так поразившие её тёплые человеческие нотки. Статусы повелителя и служанки были восстановлены.

— Конечно, — прошептала принцесса, почтительно отведя взгляд в сторону. — Маргины скакали попятам и обязательно убили бы меня, если бы…

— Ты испугалась меня тогда, на дороге?

— Да, — смутившись, ответила девушка.

— Тебе нечего стыдится: все бояться, потому что каждому видятся разные вещи, свои собственные страхи. Хотя во всей этой истории с Маргулаем ты могла бы повести себя гораздо умнее, я искренне надеялся на то, что ты не пойдешь напролом.

— Простите меня, я такая глупая! — прошептала она.

— Ты — глупая? — рассмеялся бог. — Детская наивность и глупость — разные вещи. Тебе нужны доказательства? Вспомни Кулана: даже он, не страдающий от переизбытка умственных способностей, понял, что ты умна.

Стелла покраснела. Ей вспомнился настойчивый наглый взгляд Кулана, скользивший по завитку волос возле её уха. Вряд ли он думал тогда о том, умна она или глупа.

— И как он мог так нелепо упустить тебя? Наверняка, в этом сыграла роль твоя красота.

— Нет, вовсе нет! — отчаянно выпалила девушка.

— Чего ты испугалась? — Мериад удивлённо посмотрел на неё. — Обычно, когда женщинам говорят комплименты, они расцветают, как розы. Правда, сейчас ты тоже похожа на розу: такая же красная.

Рука затекла, и обрадованная возможностью избавиться от насмешливого взгляда бога, принцесса отвернулась, закрыв лицо рукой.

— Стелла, перестань! Не в моих правилах льстить кому-то, а уж тем более земной девушке. Хватит притворяться, ты прекрасно знаешь, что привлекаешь внимание.

— Я никогда об этом не думала. — Больше всего на свете ей хотелось сейчас провалиться сквозь землю. Хотя, куда проваливаться — она и так под землёй.

— Думала, думала! — злорадствовал Мериад. Ему нравилось мучить свою подопечную, наблюдая за тем, как она отчаянно пытается найти спасение, уткнувшись в подушку. — Этому земляному червяку ты тоже понравилась, и это тебе помогло. Прояви ты хотя бы немного женского кокетства, давно обшарила весь дом Маргулая. Разве я не прав? Подай же голос, в конце концов! Или ты там умерла со страху? Я не давал тебе на это разрешения.

В комнате сам собой вспыхнул огонь. Стелла оторвала лицо от подушки и, щурясь от бьющего в глаза света, робко взглянула на бога: склонившись над её больной ногой, он периодически делал горизонтальные движения рукой. Затем Мериад положил ладонь на её колено — и боль утихла.

Принцесса осторожно вытащила походное зеркальце и критически осмотрела себя.

Бог рассмеялся:

— Если не веришь своим глазам, поверь моим. Ты красавица, причём такая, вслед которой долго смотрят мужчины. А теперь спи.

Яркая вспышка огня — и она провалилась в пучину глубокого, спокойного сна.

Стелла проснулась поздно, во всяком случае, ей так показалось. По обычному в этих местах молочному сумраку трудно было понять, день сейчас или ночь. А был ли здесь вообще день? Стараясь не забивать голову подобными пустяками, принцесса сладко потянулась, зевнула и села. Так, кажется, с ней всё в порядке, и нога уже не болит, только сильно опухла.

А всё же сейчас день — сквозь неплотно задёрнутые портьеры пробивались прозрачные, слабые лучи света. Это лучи подземного солнца или же что-то другое? В прочем, какая разница.