Рядом с адмиральским укладывался на причальные опоры второй бот, доставивший на борт «Смерти пиратам» два взвода морской пехоты «Оборотня». Покосившись в ту сторону, Хонор помрачнела ещё больше, но тут переходной люк открылся, и она двинулась вперед.

Ей уже доводилось видеть Томаса Бахфиша раненым, но на этот раз дело обстояло хуже. Гораздо хуже. Стоя рядом с его постелью в спартанском лазарете «Смерти пиратам», Хонор физически ощущала исходившую от него мучительную боль. Столь сильную, что не выдать собственную душевную боль она смогла, лишь мобилизовав всю свою выдержку.

— Ваша милость, — сказал ей Цзыньчу Грубер, — пожалуйста, убедите капитана позволить доктору Монтойе забрать его отсюда.

Хонор отметила, что стоявший по другую сторону койки Бахфиша Грубер и сам находился далеко не в лучшем состоянии. Левая рука его покоилась в лубке, на левой стороне лица красовались ссадины и ушибы, при ходьбе он заметно хромал.

— Хватит суетиться, Цзыньчу, — пробормотал Бахфиш хриплым от боли голосом, ухитрившись тем не менее выдавить из себя улыбку, и Хонор, ощутив его эмоции, внутренне сжалась. — Мне гораздо лучше, чем многим.

— Это так, капитан, — с усталым раздражением откликнулся Грубер. — Но, черт подери, прекратите себя за это винить!

— Это моя вина, — упрямо возразил Бахфиш, мотая головой на подушке.

— Не припоминаю, чтобы вы заставляли кого-то идти за вами под дулом пульсера, — парировал старпом.

— Не под дулом, но…

— Прошу прощения, ваша милость, — вставил Монтойя, — но я предлагаю обсудить этот вопрос попозже. — Хонор обернулась к нему, и хирург пожал плечами. — Я уже переправил на «Оборотня» всех самых тяжелых. Точнее, всех самых тяжелых, не считая капитана Бахфиша. И мне очень хотелось бы доставить его туда еще на этой неделе.

— Я не покину «Смерть»! — категорично заявил Бахфиш.

— Покинете, капитан, — заявил светловолосый хирург с невозмутимым спокойствием, слишком хорошо знакомым Хонор по собственному опыту. — Если хотите, можем сначала немного попрепираться на эту тему. А потом покинете.

Бахфиш открыл было рот, но прежде чем он успел заговорить, Хонор мягко положила руку ему на плечо.

— Не спорьте, — решительно заявила она, стараясь не смотреть туда, где под простынёй должны были находиться ноги. — Все равно проиграете. Вы проиграете, даже если Фриц будет спорить с вами один. А он не одинок.

Бахфиш несколько секунд смотрел на неё молча, потом криво улыбнулся.

— Вы всегда славились упрямством, — пробормотал он. — Ладно, так уж и быть. Но коль скоро вы здесь… — Он указал глазами на офицеров её штаба.

— Из сообщения коммандера Грубера я поняла, что вы настаивали на проведении совещания у вашей койки, — невозмутимым голосом сказала Хонор. — Тут кто-то говорил о моем упрямстве. Конечно, я могла бы вспомнить о коровах, которые мычат, когда этого делать не следует. Но поскольку я славлюсь либерализмом и широтой взглядов, то предлагаю сразу приступить к делу.

Смех Бахфиша, хоть и пропитанный болью, был искренним, и она почувствовала его благодарность за эти слова.

— Коммандер Грубер, — Хонор указала на старшего помощника, — уже рассказал нам о вашем решении следовать за кораблем Флота Республики. «Геката», так он назывался?

Она бросила взгляд на Грубера, тот кивнул, и Хонор снова перевела глаза вниз, на своего бывшего капитана.

— Но чего он не рассказал, это какого чёрта вы за ним увязались.

Брови Бахфиша взлетели вверх. Хонор уловила и волну удивления, исходившую от остальных офицеров, отреагировавших на непривычное ругательство в её устах, пусть и такое мягкое, но глаз от Бахфиша не отвела. Ей хотелось быть спокойной и выдержанной, чтобы не показать ему, как она обеспокоена его состоянием, и одновременно дать ему понять, что при всем своём сочувствии к командиру «Смерти» она отнюдь не считает его действия проявлением осмотрительности и здравого смысла.

— Вообще-то, — ответил он, помолчав, — я пытался понять, что же делает республиканский корабль в вашем полицейском округе, юная леди. Замечу также, что я достаточно взрослый и уже довольно долго имею обыкновение принимать совершенно самостоятельные решения. Как раз на прошлой неделе мне, представьте, удалось выбрать рубашку себе по вкусу без всякой посторонней помощи.

Их взгляды встретились, и Хонор почти против воли улыбнулась.

— Допустим, — сказала она. — Но, с другой стороны, буду рада, если в следующий раз вы постараетесь угробить себя с меньшим рвением. Как полагаете, у нас есть почва для достижения компромисса?

— Во всяком случае, я готов принять ваш совет во внимание, — заверил её Бахфиш.

— Спасибо. Тогда вернемся к делу. Итак, вы следовали за «Гекатой», пока она не собралась выйти из гравитационного потока.

— Да. — Бахфиш откинулся на подушку. — К сожалению, видимость в связи с высокой плотностью частиц была скверная, и, чтобы удержать эсминец в зоне действия сенсоров, мне пришлось сократить дистанцию. Как говорят уцелевшие с их стороны, именно это и привлекло их внимание. Во всяком случае, когда мы переключились на клин, они нас ждали.