Шрифт:
– Отец!
– тихо позвал Пётр.
Арсанов - старший вначале сильно вздрогнул, затем пошатнулся,… а затем, схватившись рукой за край чаши, в которой горела одинокая свеча, начал медленно поворачиваться. Глаза пожилого человека тут же наполнились слезами. Он протянул вперёд руки и с глубокой любовью, прошептал одно слово:
– Пётр!
Пётр подбежал к отцу. Они крепко обнялись. Архип с умилением наблюдал эту встречу.
– Прости меня Пётр, прости, - шептал Арсанов - старший, обнимая сына, - прости,…я так виноват перед тобой,…так виноват.
– Ты ни в чём не виноват передо мной, - Пётр отстранился от отца и широко улыбнулся, - я тебя люблю отец. Люблю, как и прежде. Даже в самые тяжёлые минуты моей жизни, я никогда тебя не забывал.
Они снова обнялись.
– Я не заслуживаю этих слов,…а ты изменился,…возмужал - Рука отца потянулась к виску сына, где был заметен глубокий шрам, - похудел,…усы стали немного длиннее, щёки впали,…подбородок то какой острый стал. А волосы…такие жёсткие - рука отца легла на голову сына, - у тебя они были мягкие
– А это часом не Пётр Арсанов?
– раздался голос отца Фёдора.
– Он самый!
– Пётр повернул голову в сторону священника и улыбнулся.
– Ты- то мне и нужен, - обрадовался священник, - грех по твоей вине на душу взял. Анастасию-то одну венчал. Без тебя. И без твоего согласия, супругой нарёк твоей.
– Одна венчалась?
– Пётр перевёл изумлённый взгляд со священника на отца. Тот молча кивнул, подтверждая слова отца Фёдора.
– Одна, одна, - поспешно подтвердил отец Фёдор, - пришла вот сюда - он указал на алтарь, - встала на колени то, и говорит: Поклялась я батюшка супругой стать Петру Арсанову. В твоей воли обет мой исполнить. Повенчал её, но с того времени покоя мне нет. Всё думаю, может, ты не захотел с ней ожениться.
Закончив речь, отец Фёдор с надеждой посмотрел на Петра. Пётр некоторое время с непонятным видом смотрел на священника, а потом подскочил к нему, подхватил двумя руками и приподняв, закружил возле алтаря. Счастливый голос Петра разнёсся по всей церкви.
– Какие же вы все…прекрасные люди!
– Ты чего делаешь?
– закричал отец Фёдор, - а ну поставь меня на место.
Пётр поставил священника на прежнее место, затем широко развёл руки в обе стороны и ещё раз закричал:
– Да! Да! Тысячу раз «Да»! Я даже в самых смелых мечтах не мог вообразить такого. Вы батюшка, даже представить не можете, что для меня сделали
– Ну и слава Богу!
– с облегчением произнёс отец Фёдор.
Петр, не переставая счастливо улыбаться, повернулся к отцу.
– Домой?
Отец в ответ широко улыбнулся.
– Я бы не осмелился задерживать тебя в такую минуту!
– Домой!
– закричал Пётр.
Едва они покинули церковь, как Архип с удивлением узрел…Кузьму, да ещё в гусарской форме.
– Ты чего это на старости лет, совсем сдурел?
– поинтересовался у него Архип.
– На лошадь садись, - важно отвечал Кузьма и указывая рукой на Петра сажавшего в седло отца, добавил: - не то придется пешочком идти.
Глава 12
Эпилог
Пётр чувствовал страшную робость. Он никак не мог решиться войти в гостиную. Рука так и осталась лежать на ручке двери. Виктория приободрила его взглядом. Наконец Пётр решился. Войдя внутрь, он прикрыл за собой дверь. У него возникло чувство, что сердце больше не стучит. Оно остановилось. Пётр осторожно прошёл к кровати и опустился на одно колено. Анастасия всё ещё не пришла в себя. Руки ладонями вниз, лежали вдоль тела, всё лицо было в поту. Белокурые волосы разметались по подушке. Пётр прижался губами к её руке. А потом взял её в свою и с бесконечной нежностью посмотрел на любимое лицо. При этом он неосознанно гладил её руку.
Неожиданно Анастасия издала глубокий стон. Пётр весь напрягся. Он уже с беспокойством начал всматриваться в черты её лица. Анастасия вся пылала. От неё исходил жар.
– Что делать? Что делать?
– едва Пётр подумал об этом, как дверь открылась и вошла Виктория с тёткой Авдотьей. Пётр встал, освобождая ей место. Тётка Авдотья молча указала ему на дверь. Пётр отрицательно покачал головой.
– Я останусь!
– Мы недолго. Потом вернётесь обратно.
– Попросила его Виктория.
Петр, превозмогая себя, покинул гостиную, чтобы следующие четверть часа нервно вышагивать возле двери. Не успела она отвориться, как он немедленно бросился к ней.
– Всё хорошо, - успокоила его Виктория, - лихорадка не опасная. Очень скоро она поправится.
Пётр испытал огромное облегчение, услышав эти слова. Он без промедления вошёл внутрь и снова прикрыл за собой дверь.
– Пётр!
Он замер, услышав голос Анастасии. Почти сразу же к нему пришло понимание, что слова сказаны в бреду. Анастасия лежала по-прежнему с закрытыми глазами. Голова металась по подушке. Пётр бросился к ней.
– Пётр!
– издавая стон, повторила Анастасия.
– Я здесь. Я рядом,- прошептал Пётр, - я рядом Анастасия.
– Он прильнул к её руке губами.
– Я здесь!