– Месье, – начал он. – Не могли бы вы сказать, случалось ли с вами что-то. Не знаю, право. Может быть, что-то произошло перед вашим путешествием? Все очень, очень странно. Похоже на сон. Когда вы вошли и представились, я подумал, что сплю или свихнулся. Итак?

– Ну странно, что вы задаете мне эти вопросы. На меня напали какие-то бандиты. Они схватили меня прямо на улице и отвезли в какой-то старый дом. Я подумал, раз они считают, что мое имя известно, то смогут получить выкуп. Я пытался объяснить им, что у меня нет того состояния, на которое они рассчитывают, но я отдам все, что у меня есть, если они меня освободят. Однако они даже не стали слушать.

– И что, они отпустили вас?

– Черта с два! Я сбежал оттуда сам. Выйти из этого затруднительного положения было не так легко, должен сказать. Я сразу же пошел в полицию, но на меня посмотрели, как на сумасшедшего. В общем, я решил поехать сюда и встретиться с молодым археологом. Его зовут…

– Я знаю, кого вы имеете в виду. Луис Перье.

– А, так вы знаете его? Он прислал мне несколько писем, просил приехать. Изложил свою теорию. Весьма занимательно. Я согласился приехать, и вот. Значит, вы его знаете?

– Да, знаю.

– Что ж, мне следует извиниться перед ним. Я написал ему, что приеду в качестве эксперта на раскопки. Мне неловко, что я не смог вовремя сделать обещанного. А в письмах молодой человек был полон искренности и энтузиазма. Не буду даже говорить, как заинтриговала меня его теория.

– А теперь я должен рассказать вам другую часть этой странной истории. Не думаю, чтобы вас похитили ради выкупа. Видите ли, не так давно я уже отвез на раскопки Луиса трех человек. Когда мы приехали, нас встретил Луис и его почетный гость, месье Виктор Ланнек.

Лицо Ланнека застыло в крайнем изумлении. Он не совсем понял то, что сказал ему Жозеф.

– Но это невозможно! Я ничего не понимаю!

– Кто-то захотел воспользоваться вашим именем по причинам, которых я сейчас не знаю. Но если потребовалось ваше похищение на какой-то период, то все небезобидно.

– Какая выгода от этого подлога? И кому это нужно? – спросил Ланнек.

– Не знаю. Но все здесь не так просто.

– Я уже услышал более чем достаточно.

– Боюсь, что следующая половина моего рассказа повергнет вас в не меньшее удивление. Видите ли, люди, которых я отвез на раскопки, вернее, одна из них – юная дама Жоан Тимар – приехала потому, что искала вас. Человека, которого считает своим отцом.

Ланнек побледнел.

– Жоан, – пробормотал он. – Это она, нет сомнений. У Констанции родился ребенок, и она назвала его Жоан. Эта девушка, вполне возможно, моя дочь. Я никогда не видел ее. В ту ночь, когда меня похитили, я уже почти нашел эту девочку и ее мать. На это у меня ушло столько лет. Когда, наконец, я сбежал от бандитов, то пошел к ней. Но узнал, что Констанция умерла. Теперь у меня появился еще один шанс.

– Так разве вы не поняли? Она думает, что тот, самозванец, ее отец. И неизвестно, какую выгоду он извлечет из этого.

– О господи! Нам надо побыстрее добраться до Перье и разоблачить самозванца.

– Боюсь, что мы не сможем сделать этого прямо сейчас.

– Но, вы проводник! Вы знаете дорогу.

– Но я не смогу найти лодку раньше завтрашнего дня.

– А сколько времени отнимет дорога туда?

– Нам придется плыть против течения. Это займет четыре-пять дней. Когда мы доберемся до плантации Франка Хогена, то получим там все необходимое и, кроме того, помощь.

– Тогда мы должны отправиться как можно скорей, – с нетерпением произнес Ланнек.

– Верно. Но сейчас нам надо потерпеть.

– Тогда давайте выпьем, и вы расскажете мне о дочери, – попросил ученый.

– Вы никогда не видели ее? – спросил Жозеф после минутного молчания и подал Ланнеку стакан голубого цвета.

– Нет, месье Фармер, к сожалению, никогда. Я покажу вам портрет Констанции. – Ланнек достал бумажник. – Как вы считаете, похожа ли Жоан на мать?

Жозеф взял портрет, которому было не менее четверти века. Из тонкой металлической рамки на него задумчиво смотрела молодая миловидная женщина.

– Да, да, – тихо сказал Жозеф. – Жоан похожа на мать. Хотя, – он быстро взглянул на собеседника, – она и на вас похожа.

– Расскажите мне о ней.

– Я расскажу все, что знаю.

Они целый вечер разговаривали о Жоан Тимар, Луисе и его раскопках, о плантации Франка.

– Больше всего меня удивляет то, зачем они это сделали, – сказал Ланнек, когда разговор коснулся его похищения. На раскопках нет ничего, кроме каторжного труда. Зачем они задержали меня?

– А разве там нет настоящих сокровищ?