Они вылезли из шахты грязные, уставшие. Но настроение их было приподнятое, почти торжественное. Первое, что сделал Луис – поставил охрану у входа в шахту. Остальным рабочим велел возвращаться в лагерь и отдыхать остаток дня.

Длительный переход пешком до лагеря не слишком утомил молодых археологов. Им было о чем поговорить. С некоторых пор отношение Луиса к Жоан изменилось, и это вызывало в ней тайную улыбку.

Жоан исчезла в своей палатке с ведром воды, а Луис отправился на поиски Мендрано. Он увидел помощника, беседующего с группой мужчин. Некоторые из них были Луису незнакомы. Видимо, Мендрано пригласил новых рабочих.

– Как идут дела? – спросил Луис помощника, когда тот подошел к нему.

– Очень хорошо. Мы нашли несколько больших предметов. Все уже отнесли в вашу палатку. Что обнаружили вы?

– Пока не знаем. Я бы хотел поговорить об этом с месье Ланнеком.

– Его нет в лагере.

– Что?

– Он ушел еще утром. Я поспрашивал о нем, но никто ничего не знает.

– Бродить по округе одному чертовски опасно, – с тревогой сказал Луис. – Может случиться несчастье. Пошлите людей разыскать его.

– Я это уже сделал.

В этот момент Перье услышал свое имя и, обернувшись, увидел идущего навстречу Ланнека. Мендрано вернулся к группе рабочих, стоявших в стороне.

– Сегодня вы вернулись рано, – заговорил профессор.

– Виктор, вы заставили нас поволноваться. Мендрано отправил на ваши поиски людей. Уходить из лагеря в одиночку опасно, даже если вы вооружены. Я не раз говорил об этом.

– Не волнуйтесь обо мне, Луис, – отвечал с улыбкой Ланнек. – Я не единожды бывал в опасных ситуациях. С этого момента буду осторожен и не стану причинять вам беспокойства. Так значит, вы кое-что нашли? Я вижу это по вашим глазам. Луис кивнул и быстрым шагом направился в свою палатку. Когда Ланнек явился, наготове были карты и записные книжки. Мужчины отодвинули лежащие на столе артефакты и развернули карты. Карандашом Луис отметил место новых раскопок на холме. Потом нарисовал план помещения, которое они с Жоан обнаружили сегодня.

– Боюсь сглазить, но все же скажу, – пошутил Ланнек. – Попахивает открытием. Ради этого я готов откупорить свою последнюю бутылку вина сегодня за ужином!

– Уже интересно, – послышался снаружи голос Жоан.

– Присоединяйтесь к нам, мадемуазель! Мы говорим о том, что надо отпраздновать роскошную находку!

Был приятный вечер, ужин прошел в атмосфере симпатии и легкой, необъяснимой влюбленности. Было слышно тихое пение рабочих, сидящих у костров.

Ланнек приподнял алюминиевую кружку и, взглянув на девушку, произнес:

– Пришло время сказать тост. Вы согласны, Жоан?

– Да, месье Ланнек. Но, если месье не будет против, скажу я.

– Если вы того хотите, мадемуазель. Вам слово.

– Луис, – начала Жоан. – Я хочу предложить тост за удачу, за звезду, что ведет вас по тропе жизни. И пусть эта благодатная земля приоткроет вам завесу своих тайн. Я пью за вас, Луис, и за открытия, которые ждут вас здесь. А еще пью за особенного человека, за месье Виктора Ланнека Луис чокнулся своей кружкой с двумя другими и вдруг изумленно застыл, услышав слова Жоан:

– Моего отца.

Глава 8

Наконец Луис обрел дар речи.

– Вашего кого?

Он перевел взгляд с Ланнека на Жоан и обратно, ожидая, что кто-то из них признается в шутке и рассмеется. Но этого не произошло. Жоан смотрела в глаза Луису, и взгляд этих чистых глаз был серьезен.

– Месье Ланнек – мой отец.

– Постойте, подождите, – Луис выставил вперед ладони. – Вы Жоан Тимар. Мне казалось, я знаю все о месье Ланнеке. Но о его дочери я ничего не слышал.

– Ни о ком нельзя знать всего, – заметила девушка.

– До приезда Жоан я тоже не знал, что у меня есть дочь, – проговорил Ланнек. – Теперь я счастлив и горд.

– Не вижу смысла, – сердито начал Луис. – Зачем было заставлять меня думать, что вы…

– Это гордость Жоан во всем виновата, – усмехнулся Ланнек. – Ваше отношение к ней было агрессивным. Жан захотела утвердиться. Она хотела, чтобы ее признали как личность, а не как дочь известного археолога. Мне пришлось согласиться, потому что я понимаю ее чувства.

– Чудны дела твои, Господи! – рассмеялся Луис.

– А я предлагаю выпить, друзья мои, за то, что мы найдем завтра под открытой комнатой, – провозгласил Ланнек.

Вскоре он отправился спать. Оставшись одни, молодые люди сидели молча, а потом Жоан сказала:

– Я так-взволнована, что не смогу уснуть. Мне надо немного прогуляться.

– Я не позволю вам бродить в одиночку. Предлагаю вам свое общество.

Они откинули полог палатки и оказались под зеленым остывающим небом, где уже мерцали россыпи звезд.