Лицо Луиса посерело.

– Где она? Что произошло?! – выкрикнул он.

– Она упала! Это ужасно. Мы дошли до нижнего зала, и она упала. Вы же видели эти ступеньки! Я пытался поднять ее, но не смог вынести наверх. О боже, она все еще лежит там.

Луис не мог больше ждать и слушать. Ему представилась Жоан, лежащая одна в каменном зале. Больше он не мог ни о чем думать. Сколько времени нужно, чтобы добраться до нее? Если она ранена, то на счету каждая минута. Луис бросился к гробнице. За ним бежали Мендрано и Алекс.

Добравшись до гробницы, мужчины стали спускаться по лестнице, а Алекс остался в первой комнате. Когда затих звук их шагов, он кинулся к мешку с камнями, который удерживал дверь открытой. Огромными усилиями удалось сдвинуть мешок, и каменная дверь с грохотом вернулась на место.

Мендрано и Луис, наконец, добежали до последней ступени лестницы. Они ожидали увидеть Жоан, лежащей на полу, но ее там не было.

Луис вступил в зал. Все его мысли были только о любимой. Сердце бешено колотилось. Мендрано в этот момент услышал какой-то шум наверху и бросился туда. Луис схватил лампу и поднял ее вверх. В тусклом желтом свете он увидел Жоан. Она лежала неподвижно.

– О боже, – взмолился молодой человек, желая только одного, чтобы Жоан была жива.

Он подошел ближе и увидел, что ее руки и ноги связаны. Он похолодел. Девушка была без сознания. Луис нежно приподнял ее. Когда она пришла в себя, то испуганно вскрикнула, но тут же узнала Луиса.

– Луис, о, Луис! – зарыдала она, припав к нему.

Он начал развязывать веревки.

– Этот Ланнек Он не Ланнек! Он не мой отец! – донеслось сквозь рыдания. – Луис, пожалуйста, мы должны выбраться отсюда. Мы должны остановить его!

– Как ты, Жоан? Ты можешь ходить?

– Да. Луис, ты не должен оставаться здесь. Он ненормальный!

– Милая, успокойся. Давай, я выведу тебя отсюда. Ты просто обезумела от страха. Бедняжка, моя милая бедняжка.

Он помог девушке подняться на ноги. Она пошатнулась и оперлась на него. Луис поднял ее на руки. По лестнице спускался Мендрано. С мрачным видом он сообщил, что дверь наверху закрыта. Жоан беспомощно заплакала и уткнулась лицом в плечо Луиса.

– Выхода нет, – сказал Мендрано. – Воздушную шахту он чем-то завалил снаружи. Через несколько часов здесь останется очень мало воздуха.

Луис покрепче прижал к себе Жоан и попробовал подавить в себе липкую волну страха. Он боялся не за себя, а за эту девушку, ставшую для него дороже всего на свете.

Глава 17

Из-за горизонта всходило яркое солнце, осветившее погруженные в туман верхушки деревьев. Его лучи проникали повсюду, превращая местность в яркую, красочную мозаику.

С рассветом ожил и лагерь. Люди просыпались и готовили на скорую руку завтрак. Антонио проснулся рано и заметил, что постель отца пуста. Мендрано часто оставался на участке, поэтому его отсутствие не слишком обеспокоило юношу.

Сальма готовила завтрак. Она в последние дни была спокойна, очень спокойна. Антонио удивляло это. Он хотел, чтобы сестра была такой, как раньше – живой и веселой. Инстинктивно он чувствовал, что причина перемены – Франк Хоген, и страшно злился.

Поев, Антонио поблагодарил сестру за прекрасный завтрак. Она улыбнулась ему в ответ и сказала:

– По-моему, папа снова выбрал плохую постель и, наверное, плохой завтрак. Антонио, посмотри, ладно? Ты же знаешь, какой он.

– Обязательно, сестра, – ответил юноша и собрался, в свою очередь, спросить ее о произошедшей перемене, но Сальма опередила его.

– Антонио, пожалуйста, – взмолилась она. – Не надо задавать мне вопросов. Я знаю, о чем ты хочешь спросить. Но и сама не могу пока найти ответа. Потерпи.

– Я не думал, что все так серьезно.

– Забыть его я не смогу, –прошептала девушка. – Оставь меня в покое, пожалуйста. Я знаю, что напрасно надеюсь на его любовь. И всегда помню, кто я и где мое место.

– Сальма…

– Иди и поищи отца, – приказала она, желая прекратить неприятный для нее разговор. – Я беспокоюсь о нем. Порой он совсем не думает о себе.

– Именно эту черту унаследовала его дочь, – добавил Антонио.

– И его сын, – подхватила Сальма. – Иди. Присмотри за отцом. А я приготовлю вам на ужин что-нибудь особенное.

Он встал из-за стола и направился к двери.

– Антонио? – окликнула его девушка.

Он повернулся. Подбежав к брату, Сальма встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.

– Я люблю вас обоих.

– И мы тебя тоже.

Антонио вышел из дома.

– И я всегда буду любить Франка, – добавила Сальма, когда дверь за братом закрылась.