— Ха, это не было санкционировано?

— Не совсем так. Детективы на задании все время принимают самостоятельные решения, и одно из них — стоит ли довериться местным правоохранительным органам и когда. Никто не будет критиковать меня за принятие такого решения. Но мне надо знать, было ли оно правильным.

Спустя минуту он сказал:

— Честно говоря, я даже не знаю, что чувствую по поводу всего этого, Тесса. Но скажи я, что мне неприятно слышать о чьих-то еще подозрениях в адрес Сэмюеля и церкви, я соврал бы.

— Неплохо.

— Да? — Он не хотел, что бы его вновь упрекнули в том, что он слишком погрузился в размышления, но ничего не мог с собой поделать. — Если Сэмюель хотя бы наполовину такой, как ты сказала, тогда я слегка сомневаюсь в моем собственном контроле, в моих… Как ты это назвала? Щиты? В моей способности не позволить ему ощутить мои мысли. Я не знаю, смогу ли сохранить твой секрет.

— Просто, находясь рядом с ним, старайся сосредоточиться на своих собственных подозрениях. Для него они не секрет, и это вполне может отбить у него желание копаться глубже.

— Копаться? В моем разуме? Господи!

— Ну, если тебе станет легче, мы не уверены, что он способен делать это. Копаться, я имею в виду.

— Мне не становится легче.

— Прости, но послушай, мы все в одной лодке, так или иначе. Мы не знаем, насколько он силен. А что еще хуже, мы не знаем наверняка, какими способностями он обладает. Он — телепат? Может он предвидит будущее? Вероятно, он эмпат? Каков его диапазон? Каковы его пределы? Он может… высасывать энергию из других источником, даже из людей, чтобы зарядить себя, но может ли он направлять ее? Сделать ее оружием? Или он обнаружил какой-то другой способ убивать с помощью разума?

— Господи, — повторил Сойер.

Она кивнула.

— Пугающе, верно? Закон не запрещает то, кем он является и то, что он умеет. Он не использует нож, огнестрельное оружие, удавку, или бейсбольную биту. Насколько мы можем судить, ему не нужно находиться рядом с жертвами. Ему определенно не надо прикасаться к ним. И все же, каким-то образом, он убивает их. Он крадет всю их жизненную энергию способом, который должно быть, невообразимо ужасный и. болезненный

— Почему? Почему он убивает?

— Я не знаю. Но считаю, что он не остановится. Думаю, под угрозой каждый его последователь.

— В Резиденции живет около сотни прихожан.

— Да.

— Люди, которые практически поклоняются ему.

— Не обманывай себя — они действительно поклоняются ему. Он потратил много времени и израсходовал огромное количество энергии, чтобы добиться этого.

— Тогда почему, черт побери, ему этого недостаточно? Чего еще желать — он и так является Богом для своих последователей?

— Может… хочет стать Богом для всего мира.

Сойер глубоко вздохнул и медленно выдохнул.

— Я очень, очень надеюсь, что ты ошибаешься.

— Я и сама надеюсь на это. Но если посмотришь в учебниках определение лидера культа, то поймешь — он идеально подходит. А для лидера культа всегда, в конечном счете, дело во власти. В контроле над своими последователями. И в способности убедить их, что только он один может вести их к… миру, или к раю, или к некой версии Утопии, Земли Обетованной, да все равно к чему, лишь бы они верили. Пока я не слышала его проповедей, но мне говорили, что он может ловко переходить от «Бог любит Вас» к «Те, кто не понимают, постараются уничтожить Нас».

— Мне говорили то же самое, хотя лично я слышал только версию «Бог любит Вас».

— А ты видел его воздействие на женщин-прихожан?

— Видел. Это жутко. Что бы он с ними не делал… если это и не преступление, то определенно грех перед Богом.

— Это хуже греха.

Она рассказала ему их теорию. Хотя это в значительной степени подтверждало его собственные подозрения, тем не менее, Сойер почувствовал тошноту.

— Черт побери! Значит, он убивает некоторых из них и регулярно… питается другими? Питается сексуальным удовольствием женщин?

— Мы так думаем.

— Чтобы получить энергию?

Тесса кивнула.

— Зачем ему столько энергии?

— Мы не знаем. Может, потому что он много тратит, чтобы контролировать свою паству. Может, запасается… на всякий случай.

— Какой случай?

— Если он параноик, а лидеры культов по большей части ими являются, он должен бояться, что кто-то постарается остановить его. По его мнению, это была бы завершающая битва. Апокалипсис. Армагеддон. Он, возможно, старается укрепить свою власть, силу способностей для этого последнего противостояния с тем, кто попытается атаковать его. Большинство культов рано или поздно разрушаются, и практически всегда потому, что лидер не смог удержать контроль.