— Я вижу тебя.

Она опустила взгляд на их сжатые руки и на мгновение задумалась, не Сойер ли установил связь. Но практически сразу поняла — это не он. Вчера, по крайней мере, это точно не мог быть он. Но она не была уверена, что связь не была установлена именно в этот момент. Потому что его рука была теплой, и это нравилось ей. Потому что от него пахло каким-то ароматным мылом или лосьоном после бритья, ей нравилось и это.

Тесса отбросила эти мысли в сторону, не готовая разбираться ни со своими чувствами, ни с очень глубокими эмоциями, которые она ощущала в Сойере.

Господи, он совершенно не умеет правильно выбрать момент.

Или может быть, это у нее были с этим проблемы. Большие проблемы. Или… на нее воздействовали?

Вчера, и только что, кто или что установил с ней контакт? И даже сейчас нечто было там, будто ожидая чего-то. И хотя она не чувствовала угрозы, почему она до сих пор была неуверенна, каким был этот контакт — хорошим или плохим?

Он привел меня назад в Резиденцию. И возможно, не с добрыми намерениями.

Скорей всего не с добрыми намерениями.

— Тесса?

— Ты думаешь это ритуальные жертвоприношения? — спросила она, пытаясь собраться с мыслями, которые все больше разбегались.

— Нет. Я думаю, что возможно это было неожиданным или, по крайней мере, ненамеренным результатом чего-то другого. Это возможно?

— Думаю да.

Она чувствовала странную почти физическую тягу, столь же реальную, как ощущение ладони Сойера на своей руке. Но это был не он. Что-то еще тянуло и дергало ее, будто стараясь привлечь внимание. Тесса оглянулась, и тут же ее внимание привлекла вспышка, будто солнечный луч отразился от чего-то металлического. «Это произошло, — думала Тесса, — где-то в лесу на западной стороне пастбища».

— Что такое?

— Вот там. — Она, не задумываясь, повернулась в том направлении. — Я видела какую-то вспышку.

Сойер тоже повернулся, продолжая держать ее за руку, встал рядом, и тихо сказал:

— Это может быть еще одна чертова камера.

— Я так не думаю.

Тесса поняла, что они следовали по едва заметной тропинке через пастбище, и ее накрыло внезапное ощущение множества ног, прошедших здесь до них.

Маленькие ноги.

— Будь осторожна. Он хочет внутрь. Ты не должна позволить ему.

— Тесса?

Она нахмурилась, но продолжила идти по тропе.

— Сюда.

— Ты начинаешь пугать меня, — сказал он, следуя за Тессой.

Что сказать, это было странно.

— Я не могу представить почему. Я не очень страшная.

Ей послышалось, что он выругался сквозь сжатые зубы, но ее внимание было сосредоточено на лесе, который был перед ними.

— Будь осторожна, Тесса.

Это был небольшой участок земли с редкими деревьями, может быть размером в акр. В центре была поляна, которая занимала примерно около половины площади. Тесса остановилась всего в нескольких футах от поляны, уставившись на неаккуратный крест из двух палок. Он слегка согнулся под давлением одной из перекладин.

Тесса наклонилась, а затем выпрямилась, держа в руке кожаный ошейник. На нем висел значок, свидетельствующий о прививке против бешенства, и еще один, в виде кости, на котором было выгравировано имя Бадди. Когда она пошевелила рукой, серебряный значок поймал луч света и засиял, по-видимому, это и привлекло ее внимание, когда они стояли на поле.

Едва осознавая, что Сойер стоит рядом с ней, Тесса посмотрела через поляну на многочисленные холмики земли. На большинстве из них стояли камни или грубые кресты из палок. И практически на каждом был ошейник — прямо на земле, на кресте, или на камне. Повсюду были яркие искусственные цветы, воткнутые в стоящие на земле кофейные чашки — с обитыми краями и без ручек. Некоторые из них выцвели от времени, но большинство по-прежнему оставались яркими. Здесь так же были испачканные мячики и другие игрушки.

— Это кладбище домашних животных, — сказал Сойер. — Но слишком много могил для сообщества, которое существует едва ли десяток лет. А многие из них выглядят совсем свежими.

Тесса не собиралась открывать дверь в своем разуме шире, чтобы не раскрыть себя. Скорей даже наоборот. Но как только она ступила сюда, держа в руках ошейник, она внезапно ощутила звуки — лай, мяуканье и детский смех. Звуки становились громче и громче в ее голове, и вместе с ними ее накрыли волны боли и печали. И страха. Отчаянного страха.

— Тесса?

— Они думали, это было стихийное бедствие, — прошептала она, стараясь закрыть свои чувства, защитить себя от атаки. — Божья Воля. Он был… был ураган, и… он был зол. Они грешили. И Бог наказал их.

— Он убил их. Он убил их всех.

Тесса чувствовала муку, скорбь и старалась справиться, заглушить эти беспощадные эмоции.

— Остановись. Он использует чувства, чтобы забраться внутрь, не понимаешь? Он заставляет тебя чувствовать вещи, и это открывает ему дверь. Не чувствуй, Тесса. Не позволяй ему войти…