Джурус-тархан, оставшийся на берегу со всем хазарским войском по воле, или скорее по неволе, кагана-беки Асмида, выругался по-черному:

— ...Разве можно доверять печенегам?! Куда они пошли?

— Вопили, что на Буртасию, — доложил бек ал-ар-сиев Агир-хан.

— Ты не говори пока никому, чтобы буртасы не прознали. А то мы одни останемся перед грозной силой кагана Святосляба.

— Боевой клич печенегов многие слыхали. Как удержать тайну?

— Что доносит нам Санджар-тархан? — неприязненно покосился на него полководец.

— Его теснят печенеги. Три тумена давят на хазар и буртасов Бурзи-бохадур-хана.

— Откуда три? Два было.

— Илдей примчался с ордой своих головорезов.

Джурус-тархан помолчал, соображая что-то про себя, потом изрек жестко:

— Пусть держится славный Санджар-эльтебер. Помочь ему мы ничем не можем. Видишь, урусы готовятся сойти на берег. Скоро и здесь будет жарко. О аллах, помоги нам!

Зоркий глаз не обманул опытного полководца: ладьи руссов выстроились в четыре ровные линии и, не ломая строя, пошли к берегу. Тархан распорядился бить по ним стрелами и приказал выдвинуть вперед еще один тумен под водительством бесстрашного Сарир-хана. Десять тысяч воинов Ганибек-хана Джурус оставил в резерве.

Ладьи Святослава медленно, соблюдая равнение, приближались к пологому береговому откосу, оставив остров с крепостью слева от себя. Хазары открыли по ним частую стрельбу из луков. Ладьи через ровные промежутки времени также разражались тучами стрел: тяжелый дождь их был настолько плотен, что всадники на берегу не выдержали смертоносного напора и отхлынули.

Потери среди хазар от организованного боя могучих луков оказались значительными, ибо гордые наездники считали зазорным спешиться и закрыться щитами. Противник же не стыдился этого, наоборот — всячески старался быть неуязвимым.

Джурус-тархан, скрипя зубами, приказал изготовить для атаки копья.

— Если урусы сойдут на берег, мы сметем их лавиной конницы! — заявил он своим бекам.

Эльтеберы молчали, насупясь...

С высокой башни Саркела за началом битвы в бессильном бешенстве наблюдал сам каган-беки Асмид. Вдруг он побледнел и крикнул, указывая рукой на запад:

— Смотрите! Там чьи-то всадники! Кто они?!

— Это урусы, — ответил Магаюр-хан, забыв при этом провеличать властителя хотя бы одним из его титулов.

— Да, это урусы, — подтвердил Амурат-хан. — Я вижу блеск их кольчуг и зарево щитов.

— Неужели Джурус-тархан не знает о них?! — завизжал каган-беки. — Сейчас урусы сбоку ударят по его богатурам. О аллах, не допусти этого!.. Надо как-то предупредить наших. Пусть принесут белое полотно и машут в ту сторону. Может быть, Джурус увидит наш знак и догадается?

— Слушаю и повинуюсь, о Мудрейший! — рявкнул Магаюр-хан и скатился вниз по лестнице, забыв, что в его распоряжении тут около десятка беков и богатуров.

Пока сам начальник крепости отнимал у купцов нужный товар, каган-беки с неослабевающим вниманием следил за действиями противника. Ладьи пока не достигли берега и саженях в пятидесяти от него вдруг все разом остановились. Видимо, Джурус-тархан на том берегу был в недоумении. Но с башни Саркела было хорошо видно, чего ждали урусы. Они ждали атаки своей конницы! Внезапной атаки, чтобы беспрепятственно высадиться на сушу и построиться для битвы. Каган-беки Асмид видел, что конных урусов намного меньше, чем хазар, и опрокинуть тумены Джуруса они не в состоянии.

— Но отбросить наших от берега внезапным ударом они могут, — подумал вслух каган. — А Святослябу больше ничего от них и не надо!

Беки придвинулись ближе, полагая, что властитель отдает им какой-то приказ, а они его не слышат. Асмид раздраженно оглянулся, и свита почтительно удалилась на прежнее место.

Появился запыхавшийся Магаюр-хан. Огромный богатур следом за ним нес кусок белого полотна.

— Поздно! — прохрипел каган. — Конные урусы уже летят в правое крыло туменов Джурус-эльтебера.

— Что же делать? — испуганно зашелестела свита.

— Только одним мы можем помочь своим богатурам, — обернулся к ним Асмид. — Ты, Магаюр-хан, сейчас выведешь всех воинов из крепости и сметешь урусов с острова. Надо захватить их ладьи-кумвары. Тогда мы сможем посадить в них своих богатуров и ударить кагану Святослябу в спину. Все! Выполняй!

— О-о мой властелин и...

— Ты что-о-о?! — взъярился каган.

— Я иду, о Могучий...

— Спеши! И без победы лучше не являйся передо мной. Зарублю! Амурат-хан поможет тебе. Все!