— Слушаю и повинуюсь! — срывающимся голосом прокричал бек Саркела и вместе с начальником охранной тысячи богатуров кагана-беки поспешил вниз...

Тем временем конные руссы ударили по туменам Джурус-тархана и стали быстро теснить хазар вдоль берега. Ладьи Святослава тотчас двинулись вперед. Остановить их пытались только богатуры запасного тумена Ганибек-хана. Но было уже поздно: тяжелые стрелы в упор разили хазар и заставляли держаться подальше от места высадки русских ладейных дружин.

Прошло около часа, прежде чем кочевники оправились от внезапного удара конных руссов. Воины самого Святослава за это время успели высадиться на берег и построиться в плотную стену на десять шеренг в глубину. Свенельд приказал коннице отходить к правому крылу пешего войска.

Теперь руссы во всеоружии готовы были встретить любую вражескую силу.

Джурус-тархан выл от бешенства и бил себя кулаками по голове. Беки его сочувственно цокали языками...

Каган-беки Асмид не видел этого из-за дальности, да и смотрел он сейчас в другую сторону — на косу перед крепостью. Здесь хазары успешно теснили урусов и печенегов к воде.

— Скажите Магаюр-хану, — бросил через плечо каган, — главное — отрезать урусов от воды и захватить кумвары. Если он не сделает этого, то победа его будет равна поражению. Без кумвар мы бессильны помочь Джурус-тархану.

Один из тургудов кагана тут же нырнул в провал на лестницу, не забыв рявкнуть обязательное: «Слушаю и повинуюсь, о...»

Асмид некоторое время наблюдал за сечей на острове. И без дополнительного приказа Магаюр-хан понимал, что надо делать. Его богатуры повели организованный натиск вдоль берега, стремясь овладеть ладьями. Руссы и печенеги упорно сопротивлялись, но вынуждены были отступать. ..

Каган перевел взгляд через реку. Там два тумена хазар пошли в атаку на пешие полки урусов.

— Хорошо! — прошептал Асмид, и улыбка тронула его полные губы.

С башни было хорошо видно, как по одному и группами из туменов стали выпадать воины. Скачущие следом массы всадников накрывали их, а когда конные волны перекатывались дальше, на земле оставались разноцветные пятна: это лежали поверженные кони и люди, смятые и бездыханные.

Каган-беки видел, как тысячи урусов одновременно вздымали руки с тяжелыми луками и темные облачка стрел спешили навстречу атакующей орде. Над живой стеной ратников мерцал наточенной сталью лес длинных копий, и Асмид ждал, когда эта стройная чаща склонится навстречу хазарам.

Но плотная конная масса стала замедлять движение, остановилась и подалась назад, оставляя на земле шевелящиеся фигурки коней и людей.

— Дур-рак! — процедил каган, наблюдая, как вслед за хазарами полетели отряды конных руссов. Стена медленно и неотвратимо двинулась на равнину, откуда только что подверглась нападению...

Джурус-тархан вынужден был ввести в бой тумен Га-нибек-хана. Атакованная конница руссов быстро схлынула к крыльям своей пешей рати. Хазары вновь изготовились к приступу.

— Дур-рак! — повторил каган-беки зло. — Надо впереди туменов поставить панцирных богатуров, прикрытых большими щитами, чтобы стрелы не смогли остановить их натиск.

И, словно услыхав своего властелина, Джурус-тархан перестроил орду. Асмид пока не видел этого и перевел гневный взгляд на остров. Здесь богатуры Магаюр-хана действовали успешнее. Они были уже неподалеку от урусских кумвар, вот-вот захватят. Каган-беки подумал, а не время ли ему покинуть крепость и на быстром челноке перемахнуть реку. Но стрежень стерегли пять вооруженных русских однодеревок и, по-видимому, не собирались никуда уходить.

Асмид выругался и снова стал следить за действиями Магаюр-хана.

— Что там такое? — процедил он. — Урусы с ума сошли, они хотят умереть все до единого?

Было видно, как низкорослый урус в блестящих доспехах сталкивал кумвары в реку, ему помогали два десятка богатуров. Пустые суда тут же подхватывало быстрое течение и стремительно уносило от берега. Дрогнувшие было под натиском хазар урус-богатуры и печенеги сплотились. Сначала медленно, потом все быстрее они стали теснить воинов Магаюр-хана.

— Не отступать! — визжал Асмид. — Помогите им! — Он бешено сверкнул глазами на беков. — Соберите всех, кто способен держать меч или дубину. Гоните в битву купцов, гончаров и конюхов. Здесь, под стенами Саркела, урусы должны быть уничтожены!

Беки поклонились и, толпясь, поспешили выполнять приказ Могучего. Асмид остался на башне с тремя тургудами. Он снова стал смотреть через реку.

Теперь Джурус-тархан поступил предусмотрительно, и вторая атака его туменов оказалась куда успешнее: стрелы урусов теперь почти не досаждали конным тысячам хазар, прикрытых спереди доспешными богатурами. Асмид ждал, что будет дальше.