– У тебя есть что-нибудь на примете?

– Ну, так, крутятся кое-какие мыслишки. Очень скоро я буду готов посвятить тебя в свои планы.

– Держи меня в курсе.

– Договорились. Когда мы сможем увидеться?

Послезавтра мы возвращаемся в Лос-Анджелес. А у тебя какие планы?

– Я подумывал о том, чтобы задержаться ненадолго в Риме. Меня с этим городом слишком многое связывает – ностальгия по шестидесятым… Феллини, Де Сика…

Марвин улыбнулся. Билл был большим энтузиастом кино, и Марвина это всегда привлекало в нем.

– Давай не забывать и о Висконти, – добавил он.

– Разве я могу забыть?

– Итак, как насчет моего предложения? – Марвин хотел заполучить Билла сейчас же, пока представлялась возможность. Такой сценарист был нужен ему позарез для успешного осуществления далеко идущих планов, хотя Марвин и сознавал, что Билл был отъявленным сукиным сыном и что вдохновение его могло быстро улетучиться, сменившись очередной депрессией. Однако профессиональное чутье подсказывало ему, что со сценарием Билла, умелой режиссурой и правильно подобранной музыкой его фильмы смогут побить все кассовые рекорды. Сразу же по приезде в Лос-Анджелес Марвин собирался встретиться с популярным молодым композитором, который мог бы так переложить мелодию семнадцатого века, что жители века двадцатого нашли бы ее божественной. Марвин уже загорелся новыми идеями; он понимал, что после "Мечей на закате" Леони вновь обретет былую громкую славу, а с Робом они станут поистине "горячей" парочкой. Из этого можно было бы извлечь максимальную выгоду. Прежде всего успех этого фильма облегчит ситуацию с финансированием научно-фантастической картины. Дела определенно шли в гору, а с Биллом тем более можно было рассчитывать на грандиозный успех в будущем. Парень явно тянул на "Оскара", ему нужно было лишь подкинуть хороший сюжет и подобрать беспроигрышную звезду. Марвин не сомневался, что дуэт Билла-сценариста и Джуда-продюсера будет непобедимой силой; оставалось лишь заарканить Билла.

Он взглянул на Леони; ее глаза сияли. О чем думает эта женщина? Намерена отказаться от блестящей карьеры – во имя чего? Любовь, предположил Марвин. Что ж, любовь – штука забавная. Взгляд его переместился на Томми, который увлеченно болтал с молодым миловидным осветителем. Томми был разочарован тем, что сегодня с ними не оказалось Джованни, которого он видел на студии накануне, но для него в любом случае это была бы пустая трата времени, подумал Марвин. Он уже был наслышан о Джованни и Берил от Леони и Роба.

– Ты ни за что не поверишь, Марв! Знаешь Джованни, дублера Роба? Он намерен стать платным компаньоном одной англичанки, Берил Уиллоуби. Он познакомился с ней здесь, в Риме. Она – вдова. Как тебе это нравится?

– Компаньон! – фыркнул Роб. – Жиголо, самый настоящий жиголо. Она же ему в матери годится. – Роб не заметил, как Леони при этих словах поморщилась.

Марвин нашел новость занятной.

– Что ж, ему повезло, или, может, повезло ей.

– Да, – согласилась Леони, – отважиться на такие отношения непросто. Но, кажется, они оба довольны. Она мне говорила, что все свое замужество была попросту платной экономной. А сейчас впервые почувствовала себя свободной. К тому же они с Джованни договорились всего лишь на год – так она настояла, – что ж, пусть попробуют.

– Джованни клянется, что это любовь навеки, – перебил ее Роб. – Романтический дурак, ты не находишь?

– Кто знает? Все может быть, – ответил Марвин, сам в душе романтик. Иначе какого черта он возится с Томми, который годится ему в сыновья? Томми никогда не упускал случая пофлиртовать с симпатичными юношами, но Марвин давно смирился с этим. Он всегда считал, что, только предоставив Томми полную свободу, сможет удержать его возле себя, и до сих пор теория эта себя оправдывала.

Что ж, в общем и целом ситуация складывалась как нельзя лучше. Если бы еще удалось провернуть дельце с Биллом, Марвин вполне мог считать себя победителем. Несомненно, литературная обработка сценария, сделанная Биллом, в конечном счете в корне изменила первоначальный замысел авторов. Признавая добротность оригинального сценария, Марвин вместе с тем не мог не заметить, что в нем не было полета, и Джуд, кстати, обращал на это внимание еще в самом начале работы над фильмом. "Хотя ладно, Бог с ним, кассу он все равно сделает", – сказал он тогда. А куда, собственно, запропастился Джуд? Он остался в отеле, сославшись на то, что ждет важного звонка из Калифорнии, но прошел уже час, а Джуда все не было. Проклятье! Он так нужен сейчас. Билла необходимо уломать до их отъезда в Лос-Анджелес.

Марвин твердо Берил в то, что все дела надо оговаривать за столом, и сейчас был как раз подходящий момент. В то время как Марвин был хорош по части светской беседы, Джуд славился своим умением прижать человека к стенке. Марвин уже собирался было предпринять новую атаку на Билла, как вдруг в дверях ресторана показался Джуд. Лишь только взглянув на его лицо, Марвин понял: что-то случилось.

Сердце защемило, но он радостно замахал Джуду, призывая его присоединиться к компании. Сидевшие рядом с Марвином обернулись, чтобы взглянуть на нового гостя. Леони воскликнула:

– О, наконец-то! Боюсь только, что мы начали, не дождавшись тебя… – Она осеклась, увидев выражение его лица. – Что-то произошло? – взволнованно спросила она. – С Бетти все в порядке?

Бетти, жена Джуда, осталась дома, в Лос-Анджелесе, поскольку не любила летать самолетами. Кроме того, она вечно страдала какими-то недугами и плохо переносила шумные компании – знаменитые мигрени Бетти портили любые застолья.

Однако Джуд, всегда отличавшийся изысканными манерами, проигнорировал Леони. Он прошел прямо к Марвину; в его руке была зажата газета. Леони не смогла разглядеть ее как следует, но тревожный холодок пробежал по телу. Сейчас от газет можно ждать лишь неприятностей, подумала она. Джуд наклонился и что-то шепнул Марвину, на лице которого тоже отразилось выражение крайней обеспокоенности. Он отодвинул стул и поднялся, намереваясь уйти.

– Прошу прощения, я отлучусь ненадолго, если позволите, – обратился Марвин к присутствовавшим за столом. – Возникла срочная деловая проблема. – И он проследовал за Джудом к выходу.

– Надеюсь, что ничего серьезного, – сказала Леони, взглянув на Роба. Легкая тень пробежала по ее лицу. Очередной удар сейчас, когда они уже преодолели столько трудностей, был бы величайшей несправедливостью.

– Деньги, – сказал Роб. В его голосе не прозвучало обеспокоенности, но он и не видел лица тех двоих. – Это вечная проблема. Но им нет нужды суетиться, мы же сделаем их сказочно богатыми, не так ли? – И он опять уткнулся в свою тарелку.