– Конечно, – тотчас же ответила Аманда, подумав про себя, что женщина чересчур доверчива или наивна. – У меня и в мыслях нет выдавать кому-либо чужие секреты.

– Не сомневаюсь в вашей искренности, но, чтобы быть абсолютно уверенной, – сказала Шейла, протянув руку к чемоданчику, стоявшему рядом со стулом, – я бы хотела, чтобы вы прочли вот это… – Она щелкнула замочком и достала документ, который и вручила Аманде. Девушка взяла его и принялась изучать. Это было типовое обязательство по неразглашению конфиденциальных сведений. В нем значилось:

"Я, Аманда Уиллоуби, настоящим обязуюсь никогда и ни при каких обстоятельствах не раскрывать источника информации, переданной мне сегодня".

Под текстом стояла дата: пятница, двадцать девятого июня, и было оставлено место для подписей Аманды и свидетеля. Ознакомившись с бумагой, Аманда вопросительно взглянула на свою собеседницу.

– Что все это значит? – надменно спросила она. Ей начинало казаться, что ее перехитрили.

– Мера предосторожности, гарантия, если хотите, что мои интересы будут соблюдены. Если вы согласны, я бы хотела, чтобы вы подписали этот документ в присутствии свидетеля. Как только вы это сделаете, я сообщу вам некоторые сведения, которые вы затем сможете продать в газеты.

– Если в вашем распоряжении столь ценная информация, почему же вы сами не хотите продать ее? – тут же спросила Аманда.

– Потому что хочу сохранить анонимность, – прямо ответила Шейла.

– Тогда в чем же ваш интерес? – удивилась Аманда.

– Вы узнаете, как только подпишете это соглашение.

Аманда фыркнула.

– Но то, что вы мне предлагаете подписать, не имеет никакой юридической силы – такой бумагой нельзя заставить кого бы то ни было хранить секреты, это все равно что поверить на слово.

Шейла, как и многие ее предшественники, имевшие дело с Амандой, поняла, что девочка далеко не дура.

– А как насчет денег? – неожиданно спросила она.

– Что вы имеете в виду? – Голос Аманды прозвучал ровно, но в глазах зажегся огонек.

– Что, если я предложу вам деньги в обмен на ваше молчание в течение полугода? Это вас устроит?

– А что может помешать мне заговорить раньше – скажем, через три месяца или даже две недели?

– Вы не получите денег раньше, чем через шесть месяцев. Что скажете?

Подошел официант с подносом, уставленным едой, и Аманда воспользовалась паузой, чтобы повнимательнее рассмотреть свою визави. Перед ней сидела на редкость привлекательная женщина с роскошной темно-каштановой шевелюрой, безупречным цветом лица и янтарными глазами, которые сейчас смотрели строго и серьезно, но в любой момент могли зажечься озорными огоньками. На ней был летний костюм из бледно-розового хлопка – цвет, который, казалось, был совершенно не совместим с оттенком ее волос, но на самом деле сочетание получилось весьма эффектным. Женщина производила впечатление исключительно энергичной особы, и это, как показалось Аманде, было в ней самым привлекательным.

Официант, молодой и неопытный, явно нервничал. Очень долго сервировал столик, но даже когда он наконец удалился, Шейла не сразу возобновила прерванную беседу. Она принялась разливать чай.

– Вам с молоком? – вежливо спросила она.

– Да, пожалуйста, – ответила Аманда. И выждала мгновение, но Шейла так и не заговорила о деле. Тогда Аманда продолжила: – Меня заинтересовало ваше предложение. Расскажите поподробнее.

– Хорошо. Сахар? – Шейла протянула вазочку.

– Спасибо. Два кусочка. Вы сказали, что речь пойдет о моем отце.

– Да. Вы попробуете сандвичи?

– В какой мере ваше дело связано с моим отцом? – заметно нервничая, произнесла Аманда, не обращая внимания на блюдо с сандвичами.

– По-моему, вы излишне нетерпеливы. Сандвичи просто восхитительные, – заметила Шейла, надкусывая один.

– Да, – бросила Аманда. – Я нетерпелива, поскольку у меня не так много времени. – Она ухватила сразу два сандвича и жадно запихнула их в рот.

– Согласна. Итак, я хочу, чтобы вы вместо меня продали мою информацию. Я сообщу вам все подробности, а вы сами преподнесете их газетам. – Шейла улыбнулась. – Знаете, может случиться страшное несварение, если вы будете есть так быстро.

Аманда пропустила мимо ушей это замечание и подцепила еще пару сандвичей.

– И сколько же я получу за такую услугу?

– Это зависит от того, на сколько вы уговорите раскошелиться газеты. Поскольку мы с вами поделимся выручкой, я предлагаю пятьдесят тысяч фунтов.

Аманда, вспомнив свой предыдущий опыт общения с прессой, пренебрежительно заметила:

– В таком случае ваша информация должна быть просто сногсшибательной.

– Да, – сказала Шейла, улыбнувшись про себя. – Вы правы. Думаю, вы именно такой ее и сочтете.