– Ты можешь думать обо мне все, что хочешь, – продолжила Патриция. – Ты уже сделал все, что требовалось, и в твоем присутствии нет особой необходимости. Ну, разве что на случай непредвиденной ситуации. Я могла бы выбросить тебя со Станции, но я считаю тебя другом. И только поэтому наш с тобой разговор состоялся. – Пауза. – Мне жаль, что ты узнал обо всем так рано.

«Ей жаль! А может, ей и правда жаль. Она прет к своей цели, заставляя себя не думать ни о чем больше. Она хочет сделать то, для чего рождена. Ей жаль, но поступить иначе она не может…»

– В конструкции предусмотрен небольшой дефект, – хрипло произнес Лакри. – Чайке удалось посеять во мне сомнения, и я подстраховался… На тот случай, если… Одним словом, на этот самый случай.

– Если наша затея войдет в противоречие с твоим мировоззрением?

– Да, – рубанул Рус. – Конструкция неработоспособна.

– Значит, мы все умрем, – безразлично ответила Избранная. – У тебя есть немного времени, чтобы принять решение.

Патриция развернулась и направилась к двери в купольный зал.

А едва закрыла тяжелую дверь, услышала трель коммуникатора.

– Да.

– Я поговорил с Ганзой, – быстро произнес Мишенька. – Конструкция не требует изменений, Лакри пытался обмануть вас… гм… тебя.

Было бы удивительно, если бы Щеглов не слушал их разговор. Он ничего не упускает.

– Я знаю, что Рус врал мне.

– И что?

– Он мой друг. – Мишенька молчит. Мишенька ждет продолжения, и Патриция продолжила: – И ты мой друг.

И тоже умолкает.

«Ты ведь знаешь, что нужно сделать. Ты знаешь. И ты не станешь требовать приказа, потому что между друзьями так принято: не заставлять говорить больше, чем уже сказано. Ты сам знаешь, что нужно сделать. И ты видишь, как мне тяжело, ученик Мертвого, духовный сын самого беспощадного на Земле человека. Ты все видишь, все понимаешь и знаешь, что сейчас твое время».

– За господином Лакри следят мои люди. Если он попытается внести в конструкцию изменения, его убьют…

Пэт молча отключила коммуникатор.

– Первая волна десанта уничтожена на семьдесят процентов, – доложил Бодуань, глядя на взирающего с экрана Председателя. – Потеряно больше половины истребителей.

– Много.

– Мы прогнозировали высокие потери, а потому отправляли вертолеты полупустыми. В настоящее время к объекту приближается вторая волна, основная.

– Что русские? – осведомился глава государства.

– Они пригодились. – Адмирал позволил себе едва заметную усмешку. – Они начали наземное наступление и приняли на себя первый удар. Без их участия наши потери были бы еще больше.

– Хорошо.

Вмешательство русского правительства, которое ни с того ни с сего решило поучаствовать в дележе Станции, поначалу возмутило мировых лидеров. Но доклады военных успокаивали: пусть лезут на пулеметы, раз так хочется, лишнее мясо не помешает.

– То есть все развивается согласно плану «Северный орел»? – подытожил Председатель.

– К сожалению, не совсем так. – Бодуань выдал мрачный взгляд и покачал головой. – Мы уничтожили авиацию противника, все оборонительные рубежи и стационарные батареи ПВО. Однако внутри Станции развернуты мобильные комплексы, и они продолжают наносить удары по нашим вертолетам.

– Это проблема?

– Мы вынуждены высаживать десант за пределами Станции.

– Вы только что сказали, что разбомбили рубежи.

– Те, о которых знали, – уточнил адмирал. – Как выяснилось, все внешние здания основного комплекса представляют собой единую оборонительную сеть.

– Нас обманули?

– Хочу напомнить, товарищ Председатель, что мы не имели никакой информации о происходящем внутри. – Бодуань вывел на второй монитор карту. – Взять последний периметр без бронетехники нереально. Во всяком случае, в нужные нам сроки. Я прошу санкцию на точечные ракетные удары по окраинным зданиям Станции. Нам нужно организовать для десантников проходы.

– В противном случае?

– В противном случае штурм захлебнется.

Как же тяжело принимать решение в таких обстоятельствах!

С одной стороны – Бодуань, которого никто и никогда не называл нытиком. Опытный вояка, он не теряет хладнокровия в самой трудной ситуации, и если сказал, что операция на грани провала, значит, так оно и есть. Председатель не раз посещал учения Народно-освободительной армии и понимал, насколько трудно выкурить засевших на грамотно спланированном рубеже солдат.

С другой стороны – Станция. Безы отбиваются под прикрытием ее строений, и что случится в результате ракетного удара, не предскажут даже лучшие аналитики Поднебесной. Потому не предскажут, что нет у них информации.