– Что? – удивился Еремей.

– Ничего. Идем.

Они пошли обратно на Фаянсовую улицу, и под фонарем Амалия достала кошелек. Мелочи в нем больше не оказалось, но она не стала колебаться и дала дворнику полтину.

– Возьми… Не стану говорить, чтобы ты выпил за мое здоровье, лучше купи что-нибудь жене или детям… полезное.

Еремей открыл рот, но тотчас же опомнился и бросился открывать перед Амалией дверцу экипажа.

– Сударыня… ежели что, мы завсегда…

Он кричал еще какие-то бессвязные слова, но Александр не вслушивался в них. Амалия попросила кучера везти их на Невский, и как можно скорее.

– Вы не замерзли? – спросил Александр «корреспондентку».

– Что? – Девушка сняла пенсне и удивленно посмотрела на него. – Ах, это! Нет.

– Вы сказали «что и требовалось доказать», – напомнил Александр латинскую фразу, которую она процитировала. – Вы знали, что Николая Петрова убили в другом месте, перевезли на окраину и оставили там?

– Нет, – покачала головой Амалия, – я не знала. Но подозревала. Промежуток между убийством и обнаружением тела сразу же меня насторожил. Но ведь могло быть и так, что Петрова убили там, где его бы не сразу нашли. Потом, когда я разговаривала с доктором, он сказал, что Петров не ожидал нападения и что его душили сзади. Вроде бы вполне характерно для грабителей, так что я засомневалась и решила все посмотреть на месте. Однако вы сами слышали, что говорили свидетели. И еще эта карета…

Девушка поморщилась. По правде говоря, карета беспокоила ее больше всего – ведь точно такую же старую, не привлекающую внимания карету дядя Казимир видел совсем недавно на Екатерининском канале.

Получается, Петров как-то причастен к убийству императора? Милый юноша, всегда ужинавший дома? А что, почему бы и нет… Жизнь научила Амалию, что человек по природе своей невероятно противоречив. Настолько, что, если вдруг встречаешь цельную личность, это должно вызывать подозрение.

– И что вы намерены предпринять теперь? – поинтересовался Александр. – Пойдете в полицию?

– Сейчас? – усмехнулась Амалия. – Вряд ли они станут сейчас мне помогать. Нет, я собираюсь все сделать сама.

– Каким же образом?

– Навещу друзей Петрова, узнаю, что студент делал в последние дни. Выслушаю сотню подозрений, тысячу сплетен и десять тысяч глупостей, но хоть что-нибудь среди них укажет мне правильный путь. Кроме того, придется еще раз навестить мать Петрова, попытаться разговорить ее. Вот это будет очень непросто, потому что сегодня я не сдержалась. Но меня так разозлил ее поступок… то, что она уничтожила письмо…

Александр поймал себя на мысли, что говорить «разозлил» – не самый лучший тон, потому что приличные люди не злятся или, во всяком случае, если и злятся, то не показывают этого. Бетти бы, наверное, сказала «фраппировал», «изумил» или что-нибудь подобное. Впрочем, Бетти бы никогда не поехала на рабочую окраину, чтобы выяснить подробности, касающиеся пропавшего жениха ее горничной.

– О чем вы думаете? – спросила Амалия.

Барон так растерялся, что почувствовал, как краска бросилась ему в лицо.

Нет, это просто поразительно! Неужели она не понимает, что нельзя задавать подобных вопросов? Вообще нельзя!

– Я думал о своей невесте, – неловко проговорил Александр, дабы не прослыть невежей.

– Ах… – со значением протянула Амалия. – Так ее и вижу: она родовита, из богатой семьи и, конечно же, красавица.

– Вы с ней знакомы? – удивился офицер.

– Ну, конечно же, нет!

И девушка засмеялась. Самолюбивому барону вновь показалось, что она смеется над ним, и невольно Александр обиделся.

– Вряд ли вы достойны чего-то другого, – добавила Амалия, перестав смеяться.

Положительно, она выбивала его из колеи. Причем, начал он подозревать, нарочно, потому что ей явно нравится его дразнить.

– Я ее недостоин, – проворчал он. – К тому же сегодня я имел несчастье огорчить ее.

– О! Вы поссорились?

Александр вспыхнул. Амалия наклонилась к нему.

– Ну так я научу вас, как быстрее всего помириться. У вашей невесты есть лучшая подруга?

– Есть, – нехотя признался Корф. – И что?

– При следующей встрече, – объявила Амалия, – общайтесь только с подругой. И будьте с ней полюбезнее, а на невесту не смотрите. Ручаюсь, она очень быстро вас простит.

– Не вижу связи, – тоном ледяного сфинкса промолвил Александр. – Почему девушка должна простить меня, если я буду любезен с ее подругой?

– Она простит вас, если вы будете любезнее с ее подругой, чем с ней, – уточнила Амалия. – Правда, тут важно не перестараться, потому что иначе она может всерьез с вами поссориться. Просто женщины очень, очень загадочные существа.