Это был путь к черному ходу резиденции, воспользоваться им могли лишь те, кто знал о всех пяти ловушках.

Этот человек знал о них, однако без особой нужды этим маршрутом не пользовался. Были случаи, когда даже знакомые с ловушками люди совершали ошибки, однако сейчас для этой неприятной прогулки имелся очень важный повод.

За очередным поворотом забрезжил свет, исходивший от вставленного в стену факела. Человек поднялся еще на несколько ступеней и предстал перед двумя угрюмого вида часовыми.

У одного из них в руках был заряженный арбалет, у другого – обнаженный меч.

– Все в порядке, я это, Кербель! – произнес человек, сбрасывая с головы капюшон.

– Я узнал вас, сэр, – ответил часовой с арбалетом и опустил оружие. – Но сегодня здесь никого не принимают.

– Я знаю, что не принимают, однако у меня срочное дело, иначе бы я не воспользовался этим путем.

Часовые переглянулись.

– Хорошо, я сообщу о вас, – сказал арбалетчик и, поставив оружие у стены, вышел за дверь.

Кербелю показалось, что он отсутствовал очень долго, хотя на самом деле часовой вернулся меньше чем через минуту.

– Проходите, сэр, – сказал он, оставляя дверь открытой.

Подобрав длинные полы одеяния, Кербель прошел за дверь, и она тотчас закрылась. Ожидавший его человек учтиво кивнул, это был офицер по поручениям, носивший для конспирации обычный чиновничий мундир.

– Его светлость еще не спит? – спросил Кербель.

– Если у вас действительно что-то важное, его светлость примет вас.

– У меня важное, очень важное. Сильвестинцы что-то затевают у гостиницы «Берлога зайца» – какую-то осаду. А поскольку мы ожидаем курьера из Вердена…

– М-да, – произнес офицер с неопределенной интонацией. – Что ж, идемте, это дело действительно не терпит отлагательств.

И они двинулись по длинным путаным коридорам, мимо ниш с часовыми, мимо обитых железом дверей и массивных воротов, опускавших в случае необходимости прочные перегородки.

Несмотря на безобидный внешний вид, резиденция являлась крепостью, которая должна была защитить своих обитателей в том случае, если бы отношения между сильвестинским и альбионским королями вдруг испортились.

Руководитель резиденции герцог Ронсен находился на втором этаже дома, в комнате без окон. У входа в его резиденцию стояла еще пара часовых, но вопреки опасениям Кербеля они уже получили распоряжение не задерживать посетителей.

Один из солдат открыл дверь и посторонился, пропуская гостей внутрь.

Герцог сидел за столом в дальнем углу комнаты и что-то писал. Чуть в стороне, на столе, застеленном белоснежной скатертью, слуга расставлял столовые приборы на две персоны.

Заметив вошедших, герцог отложил перо и, придавив недописанное письмо подставкой для бумаг, встал из-за стола.

– А-а, вечно занятый Кербель? – произнес его светлость, направляясь к посетителям. Герцог пребывал в хорошем настроении, это объяснялось вторым прибором на обеденном столе и фиалкой в узкой вазочке розоватого стекла.

Все в резиденции знали, что его светлость неравнодушен к женскому полу; при его службе это пристрастие создавало ему массу трудностей, однако с этим приходилось мириться и персоналу резиденции, и даже самому королю, поскольку герцог Ронсен пока справлялся с возложенной на него миссией.

– Итак, дорогой Кербель, что стряслось? Что заставило вас пробираться к черному ходу в столь поздний час?

Пока Кербель собирался с духом, чтобы ответить, герцог бросил взгляд в сторону большого зеркала, в котором он отражался в весьма выигрышном виде. Одернул черный с серебром мундир и чуть подкрутил правый ус. Но затем все свое внимание обратил на бригадира соглядатаев.

– Ваша светлость, сильвестинцы что-то затевают у гостиницы «Берлога зайца». Они стягивают туда солдат тайного департамента, а ведь мы ожидаем курьера из Вердена.

– Да, мы ожидаем курьера из Вердена, но он прибудет чуть позже. Не могу себе представить, кого там ловит тайный департамент.

– Ваша светлость, разрешите мне разузнать больше! И по возможности дать им бой!

– Зачем нам это?

– Ваша светлость, нужно обезглавить их, чтобы обеспечить нам спокойствие на ближайшие дни.

– Уж не хотите ли вы, Кербель, штурмовать их дом? Надеюсь, вы не забыли, что наша армия все еще на альбионских островах, а не в пригородах Вольфсбурга?