– Наверное, тебе не захочется ждать, – вздохнула Розалинда. – Вижу, что ты не прочь немедленно мчаться в дом Николаса… нет, он остановился в отеле «Грильон». Я бы с удовольствием побежала вместе с тобой, но ужасно устала.

Грейсон коснулся пальцами ее щеки.

– Доверься мне, я все устрою. До завтра. Пойдем, я провожу тебя наверх.

Розалинда остановилась на ступеньке, глядя на него сверху вниз. Он по-прежнему прижимал к себе книгу.

– Вчера меня занимал только бал в Пинчон-Хаусе. Я надела новое платье, заказанное для меня дядей Дугласом, танцевала не менее чем с тремя герцогами… но сейчас все кажется таким далеким и ненужным! Мы словно очутились на страницах одного из твоих романов, Грейсон!

– Далеким и ненужным… – задумчиво повторил Грейсон.

Они расстались на верхней площадке. Грейсон отправился к себе. Розалинда смотрела вслед, пока он не остановился у двери спальни и, оглянувшись, не помахал рукой.

Розалинда легла в постель и тут же заснула. На этот раз ей ничего не снилось. Она не открыла глаз, пока Матильда не тряхнула ее за плечо.

– Мисс Розалинда! Пора вставать.

Розалинда встрепенулась и, сообразив, что в окна льется свет, поспешно вскочила.

– О Господи, который час?

– Почти десять, мисс Розалинда. Миссис Софи велела посмотреть, не больны ли вы. Я ответила, что вы никогда не болеете и вообще не понимаете, что это такое – страдать от простуды, как я, например. Еще я сказала…

Розалинда поспешно откинула одеяло:

– Да-да, Матильда, понимаю. Вы видели мастера Грейсона?

Матильда скрестила руки на груди и притопнула ногой:

– Он ушел рано, как только скормил последний кусочек бекона своей кошке. И никому не сказал, куда отправился, – так, по крайней мере, мистер Уилликом заявил миссис Фернли.

Розалинда насторожилась:

– Вы не заметили, Матильда, было у него что-то в руках?

Матильда, чьей тайной мечтой было попасть на сцену, постучала пальцем по подбородку и задумчиво прищурилась:

– Да, у него был завернутый в бумагу пакет. И мастер Грейсон так осторожно прижимал его к себе!

Еще бы! Пропади он пропадом! Отправился к Николасу один!

– Я слышала, как миссис Фернли сказала мистеру Уилликому, – продолжала Матильда, – что мастер Грейсон не менее трех раз стучался к вам сегодня утром, но вы почивали на крыльях ангелов.

Что же, значит, он не так уж виноват.

Розалинда металась по гостиной, поминутно поглядывая на часы и скрипя зубами от злости. Где черти носят Грейсона?

Она хотела прочитать «Правила Пейла» прежде Николаса. Конечно, с ее стороны это низко, но в глубине души Розалинда точно знала, что именно ей предназначено прочитать книгу, и притом очень скоро, иначе… иначе что?

Она не знала.

Прошло еще полчаса, прежде чем в комнату вошел Грейсон. Подскочив к нему, она схватила его за руки:

– Я знаю, что ты сделал! Стукнул пару раз в мою дверь, а скорее всего едва дотронулся до нее, и удрал с чувством выполненного долга. Значит, отнес книгу Николасу? Позволил ему прочитать книгу? О, я пущу тебе кровь из носа и уложу одним ударом! Гнусный предатель! Держу пари, Николас, тоже гнусный предатель, был счастлив, видеть тебя, верно?

Когда у Грейсона хватило наглости рассмеяться, Розалинда сунула кулак ему под нос:

– И ты еще смеешь шутить, Грейсон Шербрук? Не боишься, что я собью тебя с ног?

– Здравствуйте, Розалинда.

Розалинда в замешательстве отпустила Грейсона и, повернувшись, увидела стоявшего в дверях Николаса. Он выглядел таким уверенным и опасным… черные волосы разметало ветром, глаза сверкают, высокие черные сапоги так усердно начищены, что она могла бы смотреться в них как в зеркало. Черные брови высоко подняты: кажется, он тоже едва сдерживает смех.

– Вы!

– Кажется, да. Вы действительно считаете нас с Грейсоном гнусными предателями?

– Вы оба, возможно, еще хуже, чем я себе представляю!

– Честное слово, Розалинда, я стучался к тебе, – встрял Грейсон. – И очень громко, но ты, скорее всего, видела во сне, как танцуешь со своими тремя герцогами, вероятно, пытаясь решить, какого из бедных олухов поймать в сети. И что мне было делать? Пришлось одному бежать к Николасу. И конечно, я показал ему книгу. На моем месте ты сделала бы то же самое, и прекрасно это знаешь. Не будь дурочкой!

Николас, не отрывая взгляда от Розалинды, шагнул вперед, взял ее руку и поднес к губам. Изящный старомодный жест, но вполне соответствующий моменту. Его губы обожгли ее руку, глаза по-прежнему весело блестели, а прикосновение…