Розалинда оцепенела, словно громом пораженная. Боже, ведь это всего лишь обычная светская учтивость, но она была потрясена собственным безумным восторгом.

Розалинда безмолвно смотрела на него, не подозревая, что все эмоции: радость, смущение, счастье – написаны на ее лице.

Она смотрела на его губы, которые, наверное, могли быть жесткими и безжалостными, но когда эти губы прижались к ее руке, ей захотелось прильнуть к нему и зацеловать до беспамятства. А этот бесчувственный болван казался ничуть не тронутым таким проявлением чувств, словно понятия не имел, что ее мир только сейчас покачнулся. Казалось, единственное, что его занимало, – предложат ли ему чай. Ей хотелось ударить его, заорать, привести в сознание, но Николас весело объявил:

– Грейсон действительно приехал ко мне. Показал книгу, объяснил, что вы умеете читать «Правила» так же бегло, как один из готических романов миссис Норт. Признаюсь, я не поверил ему, потому что не смог разобрать ни слова, но как вы, обычная женщина, сумели разгадать шифр? Ну что, теперь вы чувствуете себя лучше?

Прежде чем она успела обличить его, Грейсон сказал:

– Видишь ли, Розалинда, из нас троих только ты одна обладаешь такими способностями. Полагаю, это можно назвать даром и…

– Да-да, знаю, я не такая, как все.

– Значит, от Николаса нам нет никакой пользы. Почему же у тебя такой вид, словно хочешь его ударить? Он ничего такого не сделал. Ты по-прежнему главная среди нас!

– Видите ли, хотя дед показывал мне книгу, никогда не объяснял, что там написано. Только рассказал о Саримунде. Сумел ли он разгадать шифр? Помню, он просиживал за книгой бесконечные часы, но вряд ли чего-то добился.

Ей снова захотелось влепить кулаком по его идеальному носу. К прискорбию, пришлось держать свои кулаки при себе, потому что дядя Райдер и тетя Софи выбрали именно этот момент, чтобы появиться в гостиной. Лица молодых людей вытянулись. Разговор прервался.

– Уилликом сообщил, что вы пришли вместе с Грейсоном, – учтиво заметил Райдер.

– Рад новой встрече, мэм, – с поклоном приветствовал Николас. – В этом платье вы неотразимы.

Софи приветливо улыбнулась:

– Не более неотразима, чем вы, милорд. Розалинда фыркнула.

– Судя по выражению ваших лиц, – продолжала Софи, – вы мечтаете, чтобы мы убирались к черту, но, увы, ничего не выйдет. Мы останемся здесь. Итак, что там насчет книги? Той, которую ты вчера читал целый день?

Грейсон кивнул:

– Я… у меня возникли кое-какие вопросы, мама. Я хотел, чтобы Николас на нее взглянул.

– Но почему ты вчера не показал ему книгу? Ведь вы были в парке втроем, не так ли?

Грейсон мгновенно онемел. Николас пристально уставился на прелестную пастушку, украшавшую каминную полку. Розалинда, брезгливо оглядев обоих, выступила вперед:

– Ты же знаешь, тетя Софи, каков Грейсон: стоит ему вбить себе в голову какую-то мысль, и он тут же старается найти укрытие, где можно в уединении все обдумать, как следует. Он оставил нас в парке.

Без присмотра.

– Э… то есть Грейсон не то чтобы нас оставил, просто предложил нам немедленно ехать домой. Что мы и сделали. Э… почти сразу же.

Райдер Шербрук медленно подошел к сыну:

– Вы с Розалиндой никогда не умели лгать. Вижу и его светлость не лучше. Итак, что здесь происходит?

– Вчера на ярмарке Грейсон нашел редкую старинную книгу, – пояснил Николас. – Вы умеете разгадывать шифры, сэр?

– Шифры? Старинная книга написана шифром? Как странно! Позвольте посмотреть!

Райдер протянул руку. Ничего не поделаешь: Грейсон отдал ему «Правила Пейла», хотя на секунду едва не поддался искушению сунуть рукопись за пазуху и сбежать.

Райдер, заметив колебания сына, с величайшей осторожностью взял книгу:

– Она действительно кажется очень древней. Ты нашел ее вчера на лотке букиниста?

– Да, сэр, – пробормотал Грейсон.

Все трое не сводили глаз с Райдера. Тот, нахмурившись, внимательно изучал страницу. Наконец он поднял голову. Молодые люди дружно перевели дыхание.

– Никогда не видел подобного шифра. Дуглас очень хорош в подобного рода вещах. Нужно показать ему.

Грейсон молча взял книгу у отца.

– Дуглас и Александра приедут завтра, – сообщила Софи Николасу. – Он граф Нортклифф, но вы это уже знаете, не так ли?

– Кто-то упомянул об этом на балу позавчера. Буду рад познакомиться с его светлостью.

Софи повелительно протянула руку сыну:

– Моя очередь.

К ее разочарованию, она тоже не смогла разгадать шифр.

– До чего же обидно! Я думала, что мы с моим дорогим мужем знаем множество важных вещей. Это угнетает мой дух. Что же до Дугласа, он прибудет, чтобы придать вес дебюту Розалинды. В следующую пятницу мы устраиваем бал в ее честь, – объявила Софи, не сводя глаз со смуглого лица Николаса.