А сейчас?

«Там будет видно, — чувствуя, как в нем возрождается решительность, подумал Алвис. — Там будет видно. Главное — начать».

Он улыбнулся. Он всегда улыбался, начиная торговаться. Это помогало сойти за простака. А он… собственно, сейчас он и был простаком, которого обмануть так же легко, как сварить похлебку из молодых побегов древопапоротника.

— И он еще улыбается! — фыркнула девушка. — Наглец!

— А почему бы мне не улыбаться? — пожал плечами Алвис. — Ты удивительно, просто замечательно красива. Ах, ну почему ты так злишься? Тебе это не к лицу.

Он не врал. Ему и в самом деле приятно было на нее смотреть. Чем-то она ему напоминала сделанную хорошим мастером куклу. Может быть, дело было в ее полных, красиво очерченных губах? Или причиной того были глаза? Глаза…

— Гм… к лицу… — задумчиво проговорила девушка. — Ты уверен?

— Совершенно, — заверил ее Алвис. — Давай попробуй на меня еще раз прикрикнуть. Ну, не стесняйся, начинай…

Он добился своего. Барчунианка словно бы нехотя улыбнулась. Она делала вид, будто не совсем понимает, что именно происходит. И делала это хорошо. Но Алвис знал — она уже сообразила, что игра началась, и теперь была готова играть. По правилам или без правил — неважно. Она была готова вести игру и твердо рассчитывала выиграть. Вот и прекрасно. Он — тоже.

— Нет, — с коротким смешком сказала девушка. — Сейчас не могу. Вот если ты снова скажешь какую-нибудь гадость…

— А разве я сказал что-нибудь гадкое? — спросил Алвис. — Неужели я мог сказать что-нибудь неприятное? Посмотри на мое честное и открытое лицо. Посмотри.

И он улыбнулся, слегка таинственно и немного насмешливо. Именно так, как и было нужно в данный момент. Преимущество было на его стороне, и Алвис собирался его использовать полностью. Преимущество человека, к которому пришли.

Она отреагировала мгновенно. Так, как он и сам бы поступил на ее месте.

— Ах, — с веселой гримаской промолвила барчунианка. — И в самом деле. Должно быть, я неверно истолковала твои слова. Что ж, давай забудем это маленькое недоразумение. Сделаем вид, что я только что к тебе пришла, и начнем все сначала. Хорошо?

Теперь им полагалось посмотреть друг другу в глаза. Понимающе и искренне.

Посмотрели. Браво. Все получилось как нельзя лучше.

— И еще, мне бы хотелось добавить… — начала девушка.

— Кстати, — перебил ее Алвис. — Я совсем забыл. Садись. Прошу тебя, садись.

Он указал на стул.

Ну уж нет, как бы она ни старалась перехватить инициативу, вести в этой игре будет он.

Девушка осторожно присела на краешек стула. Балахон, который был на ней надет, чуть слышно шуршал, и Алвис, тоже присев на край кровати, слыша это шуршание, позволил себе на мгновение расслабиться, полузакрыл глаза.

— Ты так любезен… — вполголоса сказала барчунианка. — Право, мне даже неудобно. Я ворвалась к тебе, накричала на тебя, вела себя очень бестактно.

Все-таки она переигрывала. Совсем чуть-чуть… Хотя игрой могло быть даже это переигрывание. А стало быть, барчунианка была более опытным и ловким противником, чем он думал.

Это должно было, его насторожить, но не насторожило. Даже наоборот. Он вдруг совершенно необъяснимым образом почувствовал к девушке в серебряной маске симпатию и расположение. Ему захотелось прекратить эту бессмысленную игру. И всего делов-то — спросить у барчунианки, что ей, в конце концов, от него надо…

Но нет. Игра уже началась. Теперь он вел ее не ради победы, а просто ради самой игры, из неистребимого азарта, более сильного, чем все прочие чувства.

И еще…

Он знал, что должен добиться уважения девушки. Иначе у них ничего не выйдет. Она должна, она обязана ему доверять. Достичь этого можно было лишь одним способом — одержать верх в словесном поединке.

Одержать верх? Хорошо, он это сделает.

Постороннему наблюдателю их беседа наверняка показалась бы пустячной болтовней, не стоящим внимания трепом. Но только не им. Дело было не в словах, а в том, как они произносились, в тонких, почти неуловимых для кого бы то ни было, кроме них, интонациях, в подтексте, понятном только им двоим, в неуловимой, разбросанной по всему разговору сети прозрачных и полупрозрачных намеков.

Это была настоящая схватка, и к концу ее, уже понимая, что все его атаки отбиты, Алвис, как ни странно, почувствовал некоторое облегчение.

За весь разговор он так и не смог заставить девушку проговориться, выудить из нее какие-то сведения, которые потом можно будет против нее использовать. Правда, и ей, Алвис был в этом уверен, не удалось вытянуть из него хоть что-то мало-мальски стоящее.

Значит — ничья. И нужно срочно менять стиль разговора. Прямо сейчас. Пока они не зашли в тупик, из которого, он это знал, выбраться будет не так-то легко.