Шрифт:
— Не знает эта молодежь ни страха, ни укоров совести. И поплатятся они за это.
Алвис покачал головой. Конечно, в ночь безумных предсказателей считается хорошим тоном говорить высоким штилем, но выслушивать старческое брюзжание — это уж слишком.
А старик не унимался.
— И ведь знают же, что расплата не за горами, а все-таки творят свои гнусности. Бесстыдники.
— Дед, топал бы ты отсюда… — мрачно буркнул Алвис. — А то ведь осерчаю…
Старик бросил на него насмешливый взгляд и проговорил:
— Нет, ничего ты мне не сделаешь. И вообще, на твоем месте я бы скромненько помалкивал. Правда, это тебе не поможет. Так что ругайся, ругайся. Потом тебе это сделать уже будет трудно.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Алвис.
— Да ничего я не имею, — промолвил старик. — Однако не ты ли тот тип, который обокрал торговца жареными ракушками? И не тебя ли ищет глава гильдии воров Рум?
— Конечно нет, — совершенно спокойно заявил Алвис. — А про какого-то Рума я вообще слышу впервые.
— Вот и врешь, — захихикал старичок. — А ты знаешь, что за твою голову назначена немалая награда?
— Дед, тебе чего надо? — спросил Алвис.
— Ничего, — снова захихикал старичок. — Только я тебя ищу уже часа два. Ты далеко не отходи. Сейчас толпа пройдет, и мы сделаем тебе опознание. Если я обознался, то с большой радостью извинюсь. Только кажется мне, что я ни в коем разе не ошибся. Вот так-то.
— Да делай хоть десять опознаний, — пробормотал Алвис.
— И сделаем, — сказал старичок.
— И делай, — промолвил Алвис.
В этот момент толпа притиснула к юноше рыцаря в ржавых латах со здоровенным плакатом в руках. На плакате был изображен замысловатый герб и написан девиз: «Расшибемся в лепешку, но будем охранять древо познания». Сделав шаг в сторону, Алвис толкнул рыцаря на старика и ринулся в толпу.
Толпа его сейчас же потащила вдоль по улице. Где-то позади придушенно орал старик-доносчик, но Алвису уже было не до него. Теперь он старался, несмотря на толчки, удержаться на ногах. Юноша знал, что, упав, подняться уже не сможет.
Кроме того, ему совсем не улыбалось таскаться всю ночь по городу с несколькими сотнями очевидных психов. Вообще, из толпы надо было выбираться как можно скорее.
Кто-то наступил ему на ногу. Потом ему едва не заехали по лбу здоровенной, окованной железом шкатулкой. Чья-то клюка больно ударила его между лопаток. Не обращая на это внимания, Алвис продирался на другую сторону улицы.
Каким-то чудом это ему удалось. Алвис даже вовремя углядел узкий, совершенно пустой переулок. Отчаянно заработав локтями, он вырвался из толпы и со всех ног кинулся в его темноту.
Отбежав пару десятков шагов, он оглянулся. Как раз в этот момент из толпы вынырнули и устремились вслед за ним два совершенно бандитской наружности парня.
— Эй, стой! — крикнул один из них.
— Фиг тебе, — пробормотал Алвис и со всех ног пустился в глубь переулка.
Больше всего он боялся, что переулок окончится тупиком. Тогда ему придется схватиться с преследователями. Причем, поскольку его нож остался валяться в скверике, драться придется голыми руками. А уж в том, что бежавшая за ним парочка вооружена, Алвис не сомневался.
Переулок вывел его на небольшую площадь, в центре которой стояло черное, похожее на надгробье пеликанских королей здание. Для чего оно служит, Алвис не знал. Впрочем, сейчас ему было не до того, чтобы разглядывать все встречные здания. Топот преследователей слышался уже довольно близко.
Окинув площадь взглядом, юноша понял, что другого выхода нет. Стало быть, он попал-таки в тупик, только тупик этот большой.
Топот преследователей звучал все громче.
Ничего не оставалось, как драться. А для этого, как минимум, надо было обзавестись хоть каким-то оружием.
Каким? Откуда его взять?
Алвис еще раз обвел взглядом выходившие на площадь фасады домов. Похоже, все эти дома были жилыми. Вряд ли, даже учитывая, что эта ночь не очень опасная, кто-то рискнет открыть ему дверь. Стало быть…
Юноша бросился к стоявшему в центре площади черному зданию. Оно-то, по крайней мере, на жилой дом не походило.
Без труда обнаружив дверь, Алвис толкнул ее. К счастью, дверь оказалась не запертой. Еще раз оглянувшись, Алвис увидел, что его преследователи уже выбежали из переулка.