Тем временем Мэт успел выхватить свой мешочек с камнями и щедро сыпанул горсть на землю перед лошадьми. Напряжение покинуло его лицо и на губах заиграла усмешка.

— Хватит болтать! Убьем их поскорее, пока местные чародеи не поняли, что им подсунули обманку! — рявкнул Рыжий и один за другим выпустил сразу три пылающих сгустка.

Вор быстро скользнул под брюхо Каббра, увертываясь от снарядов. Геомант же широко развел руки, словно для объятий. В воздухе сверкнул иссиня-черный кусок мрамора, и чародей с невероятной скоростью увернулся от новой порции волшебных лезвий, на мгновение превратившись в размытый силуэт.

— А ты шустрый. Но я могу играть в эту игру очень долго. А ты? — на ладони Танцора снова появились черные иглы, и он небрежно стряхнул их в сторону всадников. Однако, камни из-под его ног вдруг выскользнули, и колдун, пытаясь удержать равновесие, всплеснул руками. Магические лезвия, повинуясь его взмаху, улетели в небо.

— Разумеется, это была не случайность, да? Больно уж вы проворные, нужно это исправить, — заявил толстяк, выкидывая вперед руку с открытой ладонью. Воздух перед ним странным образом "поплыл", искажаясь едва различимыми волнами и преломляя очертания предметов.

Геомант лихорадочно пытался нашарить что-то в своем мешочке. От крыши вдруг отразился солнечный луч, ослепляя Толстяка, но на действии воздушного заклинания это никак не сказалось. Колеблющийся воздух накрыл двух всадников, и они словно угодили в вязкий кисель. Движения сразу стали замедленными, как в каком-нибудь кошмарном сне.

— Ну, посмотрим, какой ты сейчас будешь быстрый, — широко улыбнулся Танцор, любуясь мерцающими на своей ладони иглами.

Мэт выхватил острый осколок прозрачного камня, плавно двигая рукой.

Айвен закричал и бросил что-то в сторону Толстяка и Танцора.

Каббр медленно вскинул передние копыта, вздымаясь на дыбы. Даже у коня движения были вязкие и неестественные.

Геомант стиснул камень, и струйка крови вытекла из его кулака.

Медленно вращаясь в воздухе, руна Огненного Шара устремилась к двум чародеям-грабителям. Каждая черточка вырезанного на ней символа была хорошо видна вору, живущему в замедленном мире.

— Н-на! — движения противника казались теперь не по-человечески стремительными, и смертоносные клинки летели с совершенно безумной скоростью в Мэта, даже войдя в зачарованную область.

Геометр снова попытался уклониться, однако теперь двигался он недостаточно быстро. Несколько призрачных лезвий ударили геоманта в грудь. На его белоснежной рубахе проступили пятна крови, отмечая места порезов.

— Не шали, мальчик, — погрозил Айвену пальцем Рыжий и хлопнул в ладоши. Руна взорвалась в воздухе, не долетев до цели и на краткий миг ослепив всех присутствующих.

Раздался громкий треск, и один из балконов, угрожающе висящих над головами сражающихся, вдруг обрушился прямо на Толстяка. Тот вскинул руки, перед которыми замерцало что-то вроде прозрачного щита, но это не помогло. С отчаянным вскриком грабитель рухнул на землю, а сверху его прикрыли обломки, подняв облако пыли.

Бородатый широко замахнулся, и в ладони его сформировался новый огненный снаряд, который он тут же швырнул в спину вора. Удар оказался таким мощным, что юношу вышибло из седла, и тот медленно полетел в сторону соседнего дома.

Кирпичная стена неотвратимо приближалась. Айвен попытался смягчить удар, развернувшись плечом в сторону преграды, но вся правая сторона груди словно взорвалась нестерпимой болью, и он потерял сознание. Второй раз за день…

В чувство его привел знакомый голос, зазвучавший в голове:

"Ты что это, никак, помереть собрался? Извини, но придется тебе еще помучаться. Вставай, пока тебя заживо не зажарили!"

И словно жидкий огонь начал растекаться из раны по всему телу, отозвавшись пульсирующей болью в правой ладони. Юноша открыл глаза, чтобы проверить, что происходит с его рукой. Печать. Она была там. Айвен оглянулся, но в глазах все поплыло и начало двоиться. Застонав, он попытался встать, опираясь спиной о стену.

— Эй, смотри — я думал, что этот щенок уже сдох! — раздался удивленный голос Толстяка. Похоже, упавшего на голову балкона для него оказалось недостаточно.

— Наверное, из-за твоего замедляющего заклинания удар получился слишком слабым, — отозвался Рыжий, — сейчас я его добью.

— Только лошадок не попортьте, больно уж они ценные.

Яркий свет ударил Айвена по глазам, и он вскинул руку, прикрываясь раскрытой ладонью. Снаряд бессильно осыпался искрами, даже не долетев до него, лишь в лицо ударил горячий порыв ветра — и только. Зрение начало восстанавливаться, и Айвен осмотрелся. Судя по всему, без сознания он провел не больше пары минут.