Амелия подавила приступ гнева. Ей давно стало ясно, что Эвану бесполезно объяснять что-либо. У нее появилась новая идея.

— Я бы хотела, чтобы у нас была музыка. — Амелия не знала почему, но мечтала послушать музыку.

— Музыка! Это еще зачем?

— Музыка — это замечательно. Она может пробудить у детей интерес к учебе и, возможно, помочь развитию способностей к искусству.

— К искусству! Ты сошла с ума, женщина?

— Нет, я в своем уме. Нет ничего плохого в том, чтобы быть разносторонне развитым человеком.

— А ты не заметила, то здесь поблизости нет ни картинных галерей, ни концертных залов?

— Чтобы послушать музыку, не обязательно идти в концертный зал. Я уверена, что у многих дома есть музыкальные инструменты. Детей надо поощрять обучению игре на любом инструменте, пусть даже не самом простом. Музыка смягчает душу, и вашим детям это вовсе не помешает.

В дверях дома стоял Габриель. Он слышал большую часть разговора, и понял, почему у Эвана такой вид, что он вот-вот готов взорваться. Габриель прокашлялся, чтобы его заметили.

— Я слышал, здесь кто-то говорил о музыке…

Амелия повернулась, и ее сердце забилось быстрее.

— Да, я только что говорила Эвану о своем желании дать детям послушать музыку.

Эван сжал зубы.

Габриель знал, что он думает о Джейн. Иногда он был в доме, когда Джейн пела детям колыбельную, укладывая их спать. Эван любил слушать ее пение, и хотя он никогда не признавался в этом, от ее песен ему становилось хорошо на душе.

— В кладовке стоит пианола, — сообщил Габриель.

— Неужели? — обрадовалась Амелия.

— Да, ее оставил там прошлый смотритель. Пианола принадлежала его жене, и они должны были вернуться за ним еще месяц назад. Я сомневаюсь, что они теперь приедут, могу, правда, и ошибаться. Но мне кажется, что они не будут возражать, если мы на время одолжим инструмент.

— Это было бы замечательно. — Амелия позвала девочек. — Вы бы хотели послушать музыку? — спросила она их.

— Музыку! — повторили они восторженно. Они никогда не слушали музыку, но, кроме Майло, помнили, как мама иногда им пела.

— Ну что ты наделал? — возмутился Эван.

— А что в этом плохого, Эван? — удивился Габриель. — Это может быть полезно для девочек и Майло. Пойдем принесем пианолу.

— Сейчас?

— А почему нет?

Эван разозлился, а девочки завизжали от восторга.

— Тихо, — прикрикнул он, и девочки замолчали, опасаясь гнева отца.

Очень неохотно Эван помог Габриелю принести пианолу к нему в дом. Она оказалась такой тяжелой, что пришлось позвать на помощь Эдгара. Амелия стерла с инструмента пыль, повернула заводную ручку, и музыка наполнила маленький домик. Роза немедленно спросила, можно ли повернуть ручку, и Амелия позволила ей это сделать.

Мелодия называлась «О, мой папа». От этого мотива у Амелии почему-то выступили слезы. Она вытерла их. Вероятно, это были слезы радости оттого, что она снова слышит музыку.

Габриель подошел к девушке, взял тряпку из ее рук и уголком материи стер пятна золы с ее щек и носа. Он сделал это так трогательно, что Амелия не почувствовала никакой неловкости. Звуки мелодии наполняли ее сердце, и она не смогла удержаться, взяла Габриеля за руку и начала вальсировать с ним по комнате. Он чувствовал себя неловко, а она танцевала легко и грациозно, словно делала это каждый день. Эдгар захлопал в ладоши и широко улыбнулся.

Дети восторженно наблюдали за танцем, а затем все вместе тоже захлопали в ладоши.

— Где вы научились так танцевать? — спросил Габриель, когда остановился, чтобы отдышаться. — Это невероятно!

— Не знаю, но я люблю танцевать, — ответила Амелия.

— Вы прекрасно танцуете. — Габриель был поражен ее способностями.

— Без сомнения, — добавил Эдгар. — Я никогда не видел подобной грации.

Амелия зарделась, попыталась вспомнить, когда танцевала в последний раз. Но не смогла.

— Увидимся позже, — попрощался Эдгар. Он боялся, что жена заметит его отсутствие.

— Спасибо за помощь, — крикнула Амелия ему вслед.

Эван хранил молчание. Все перемены на его ферме после появления Амелии тревожили его.

— Покажешь мне, как танцевать? — спросила Сисси.

— Хорошо, — ответила Амелия. Она взяла ее за руки, положила одну руку на талию девочки. — Локоть вверх. Обычно подбородок нужно тоже приподнять, но пока ты можешь смотреть за движением моих ног и следовать за мной, — учила Амелия. — Раз, два, три. Раз, два, три.