— Ты красивая женщина, Цветочек, и способность идеально управлять своей внешностью тоже кое-что значит. Но дело не в физической привлекательности. Дело в чем-то вот там.

Он постучал меня по груди.

— Ты лучишься чем-то теплым, чувственным и очаровательным. Я бы узнал тебя везде и в любом теле.

Довольная, я повернулась к нему:

— Я рада, что ты здесь. Даже если это из-за неприятностей с Бартоном и Дейной. Мы все устроим. Я обещаю. Я не дам им услать тебя в какую-нибудь ужасную дыру.

На его губах заиграла веселая улыбка. Привязанность сияла в темных глазах, привязанность, несомненно отразившаяся и на моем лице. Вдруг он наклонился и поцеловал меня.

Тпру!

Это был вовсе не дружеский поцелуй, не из тех небрежных поцелуев, что мы частенько оставляли на губах друг у друга. Это был глубокий, эротический поцелуй. Губы его были словно бархат, язык медленно скользил по моему. Я была так смущена, что какое-то время не могла ничего сделать, кроме как погружаться в этот поцелуй, от которого по всему телу расходились волны возбуждения. Опомнившись, я отпрянула и села:

— Какого черта ты делаешь?

Он тоже сел, столь же удивленный моей реакцией, сколь я тем, что вызвало ее:

— Что ты имеешь в виду?

— Ты поцеловал меня. Я хочу сказать, поцеловал по-настоящему.

Он ухмыльнулся, чувственно и вызывающе. Я вздрогнула. Когда инкубы направляют на кого-то свое обаяние, это сбивает с толку даже суккуба.

— Что тут такого? Ты значишь для меня больше, чем кто-либо иной в этом мире. Для нас это естественный шаг. Нам давным-давно следовало этим заняться.

Я покачала головой, отстраняясь:

— Меня устраивают наши отношения.

— Только потому, что ты не пробовала других. Мы друзья. Я знаю это, и мне это нравится. Но ты сама сказала: утомительно спать с людьми, которые тебя не волнуют.

— Да, но… Я не думаю, что здесь нужен ответ.

— Так в чем же ответ? — настаивал он. — Спать — или, скорее, не спать — со смертным, который тебя волнует?

Я встала с постели.

— Это грубо. И совершенно здесь ни при чем. Я не хочу, чтобы между нами было что-нибудь, кроме дружбы, Бастьен. Секс все испортит.

Он остался в кровати и наблюдал, как я вышагиваю по комнате.

— Секс приведет в порядок многое. Пора получить удовлетворение помимо работы. Это поможет нам обоим. Нам это нужно.

Я отвернулась и уставилась в окно, ничего не видя:

— Я в этом не нуждаюсь.

— Нет?

По голосу я поняла, что это уже не Бастьен. Это был голос Сета.

Вытаращив глаза, я резко повернулась:

— Прекрати! Изменись немедленно!

Бастьен — в образе Сета — непринужденно откинулся на подушки. На нем были джинсы и футболка с эмблемой группы «Уайтснейк», вполне в духе Сета. Волосы растрепаны. А рассеянная улыбка даже привлекательней.

— В чем дело, Фетида?

Я в ярости бросилась к кровати, хотя на самом деле больше всего хотела убежать отсюда подальше.

— Это не смешно! Немедленно изменись!

Он скользнул к краю кровати:

— Давай, и как ты раньше не сообразила? Это превосходное решение всех твоих проблем.

— Нет-нет. На самом деле, нет.

Он встал и подошел ко мне, не вплотную, но так, что у меня бешено застучало сердце. Я стояла как вкопанная, не в силах сдвинуться с места.

— Конечно же да. Это вариант, даже если ты не хочешь от него избавиться. Ты все время по нему чахнешь, гадая, как бы до него дотронуться и с ним остаться. Ну, это твой шанс. Это единственный безопасный способ делать все, что пожелаешь, и не повредить ему. Давай прямо сейчас, и ты избавишься от массы будущих огорчений.

Я затрясла головой, потому что не могла вымолвить ни слова. Слишком много противоречивых чувств. Все это было совершенно нереально. Ошеломляюще. В первую очередь меня потрясла его наглость. Я знала, что он безрассуден и самоуверен, но это переходило всякие границы. С другой стороны, Бастьен подделал Сета с точностью до мельчайших деталей, и его вид действовал на меня так же, как и всегда. Все было точно такое же. Привлекателен и безупречен. И все же еще более опьяняющим было само его предложение. Я и вправду могла бы делать все, что пожелаю. Это было со всех сторон неправильно, но я не могла отрицать этой тяги. Невозможное искушение.

— Я не буду обманывать Сета.

— Ребята, какой между вами обман? Ты же всю дорогу этим занимаешься.

— Тогда я не собираюсь становиться очередной твоей победой, — огрызнулась я.

— Прекрасно.

Футболка исчезла, и передо мной предстал его восхитительный голый торс. Он схватил меня за руки и прижал их к своей груди. Я обнаружила, что кожа у него совсем гладкая; только несколько мягких и шелковистых золотых волосков.

— Представь, что ты меня покоряешь.