— Скажи мне, Дэвид, а почему лекарство мне принес Крой, а не ты?

— Обстоятельства изменились. Я собирался полететь за тобой, когда вернусь.

— Вернешься? Откуда?

— Я отправился на поиски другого города. Мы хотели, чтобы к нам присоединились новые уродцы. Но тут нагрянули чрезвычайники. Они начали прочесывать руины. Нас искали. — Он взял ее руку и прижал к своей груди. — Мама решила, что надо на время уйти отсюда. Мы прятались в лесах.

— А меня бросили в городе, — проговорила Тэлли и вздохнула. — Думаю, Мэдди не очень из-за этого переживала.

Тэлли почти не сомневалась в том, что мать Дэвида до сих пор винит ее во всем — в гибели Дыма, в смерти Эза.

— У нее не было выбора, — возразил Дэвид. — Никогда раньше сюда не заявлялись такие толпы чрезвычайников. Оставаться было слишком опасно.

Чтобы успокоиться, Тэлли сделала глубокий вдох и вспомнила свой разговор с доктором Кейбл.

— Похоже, в последнее время Комиссия по чрезвычайным обстоятельствам начала набор агентов.

— Но я не забыл о тебе, Тэлли. Я взял с Кроя обещание, что, если что-то случится со мной, он доставит тебе капсулы с лекарством и твое письмо, чтобы дать тебе шанс бежать из города. И когда новодымникам пришлось уходить из Ржавых руин, Крой подумал, что они не скоро вернутся сюда, вот и прокрался в город.

— Это ты ему велел меня разыскать?

— Конечно. Он просто меня заменил. Я бы ни за что не оставил тебя там одну, Тэлли.

— О.

У Тэлли снова закружилась голова. Ей показалось, что скайборд — перышко, кружащееся в небе. Она зажмурилась и крепче прижалась к Дэвиду. Наконец она почувствовала, что он настоящий, из плоти и крови, что он сильнее любых воспоминаний. Что-то нехорошее покинуло ее — тревога, о которой она даже не догадывалась. Мучительные сны, волнение из-за того, что Дэвид бросил ее, — это все осталось позади. Просто она все неправильно поняла — совсем как в старых романах, где письмо приходит слишком поздно или его отправляют по неверному адресу, а ты ничего об этом не знаешь. Оказывается, Дэвид хотел сам прийти за ней.

— Правда, ты была не одинока.

Тэлли вздрогнула. Конечно, Дэвид уже успел познакомиться с Зейном. Как объяснить ему, что она просто забыла Дэвида, он исчез из ее воспоминаний? Для большинства людей это не прозвучало бы оправданием, но Дэвид знает о микротравмах мозга. Родители хорошо объяснили ему, что такое красотомыслие. Он должен понять.

Конечно, на самом деле все не так просто. Ведь Зейна Тэлли не забыла. Она и сейчас могла так живо представить себе его прекрасное лицо, осунувшееся и беспомощное, она помнила, как блеснули его золотые глаза перед тем, как он выпрыгнул из гондолы воздушного шара. Это ведь его первый поцелуй подарил ей просветленность, благодаря которой у нее хватило решимости отыскать лекарство. И он принял лекарство вместе с ней. Так что она могла сказать?

Проще всего оказалось спросить:

— Как он себя чувствует?

Дэвид пожал плечами.

— Неважно. Но не так уж плохо, учитывая все обстоятельства. Тебе повезло, что это случилось не с тобой, Тэлли.

— Лекарство опасно, да? Некоторым оно не помогает?

— Оно действует просто отлично. Все твои приятели уже приняли его и чувствуют себя прекрасно.

— Но у Зейна эти страшные головные боли…

— Это не только боли. — Дэвид вздохнул. — Пусть моя мама тебе все объяснит.

— Но что… — Тэлли не договорила.

Она не могла винить Дэвида в том, что он не хочет говорить о Зейне. Но зато теперь хотя бы разрешились вопросы, которые ее так мучили. Остальные «кримы» благополучно добрались до места встречи и теперь живут с другими дымниками, а Мэдди сумела помочь Зейну. Побег удался. И теперь, когда Тэлли вот-вот присоединится к друзьям, все просто замечательно.

— Спасибо тебе, что ты меня дождался, — негромко проговорила она.

Дэвид не ответил. Дальше они летели молча и ни разу не посмотрели друг на друга.

Дорога к убежищу новых дымников вела вдоль небольших речушек и старинных железнодорожных насыпей, где хватало металла для полета скайбордов. Наконец Дэвид и Тэлли полетели над склоном невысокой горы довольно далеко от Ржавых руин. Магниты скайборда отталкивались от рухнувших на землю обломков старинной канатной дороги, ведущей к высокой бетонной постройке с большим куполом, сильно потрескавшимся за сотни лет.

— Что тут было? — спросила Тэлли.

За три часа молчания у нее пересохло горло.

— Обсерватория. Под этим куполом стоял огромный телескоп. Но когда атмосфера поблизости от города слишком загрязнилась, телескоп отсюда вывезли.

Тэлли видела изображения неба, наполненного дымом и копотью, — такие картинки им часто показывали в школе, но трудно было представить себе, что ржавникам удалось даже цвет неба изменить. Она покачала головой. Она думала, что учителя почти все преувеличивали насчет ржавников, но многое оказывалось правдой.