Хофбург с его восемнадцатью корпусами, более чем пятьюдесятью лестничными пролетами и почти тремя тысячами помещений был той резиденцией, которая могла бы понравиться Лисандру. Но поскольку он не мог её купить, то ему должны были принадлежать хотя бы подвалы или только часть из них. Если бы Джиллиан не знал Лисандра так хорошо, то, возможно, это умозаключение вызвало бы у него улыбку, но, в этом случае, он не почувствовал ничего кроме неприязни, смешанной с леденящим дыханием страха.

Склонившись, он прошел через коридор, стены которого были изогнуты в виде арки, а посредине шумела маленькая струя воды. Свет его лампы неуверенно скользил по поверхности. Где-то в конце этого туннеля располагалась шахта, ведущая в погреб Хофбурга. Он слышал, что это помещение больше не используется, но не был в этом уверен. Джиллиан нашел клапан входа, но не смог сразу открыть его: хотя Джиллиан был быстрым и умелым, ему недоставало силы — недостаток его двойственной природы. Если бы в погреб пришлось вламываться, то это было не для него.

После некоторых поисков он нашёл скрытый механизм, маленький рычажок, который ему удалось сдвинуть с места, ударяя по заржавевшему месту краем лампы. Теперь стальная переборка без труда отворилась наружу. Шарниры предательски заскрипели. Джиллиан беззвучно выругался. Здесь внизу эхо было непредсказуемым: никогда нельзя было знать наверняка, куда может достичь звук.

Он потянул клапан на себя и заметил, что задвижка защелкнулась. Путь назад для него оказался закрыт. Оставалось надеяться, что бежать ему не придется.

Узкий проход оканчивался следующей металлической плитой, достаточно тяжёлой, чтобы потребовать от Джиллиана определённых усилий. В конце концов, ему удалось отодвинуть её наполовину в сторону. Кряхтя, он проскользнул через щель. Оказавшись снаружи, он отряхнул ржавую пыль со своего платья, но оставил проход открытым.

Осмотревшись по сторонам, Джиллиан понял, что надежды его оказались оправданы. В леднике царила тишина, очевидно, его уже не использовали на протяжении многих лет. В тусклом свете лампы ему представилось внушительное зрелище.

Круглое строение около пяти шагов в диаметре уходило примерно на десять метров ввысь, в темноту. В круглых стенах от пола до потолка были расположены камеры, служившие когда-то холодильными отделениями. Теперь все они пустовали. В начале зимы помещение заполняли льдинами из Дуная, которые на такой глубине не таяли весь год. Продукты могли месяцами храниться здесь уже шестьсот лет назад, когда и был построен подвал замка Хофбург. Черными провалами зияли холодильные камеры, вызывая в свете лампы причудливую игру теней. Из некоторых дыр доносился писк крысиных стай. Своеобразной осью подвала служила веревочная лестница, прикрепленная наверху к камням возле входного люка. Джиллиан прицепил лампу поясу и потянул за нижние перекладины лестницы, проверяя её на прочность. Дерево показалось ему старым и потрескавшимся, он почувствовал, что оно может и не выдержать его. Верёвка тоже была замшелой и потрепанной.

У Джиллиана была всего одна попытка.

Осторожно он начал подниматься вверх. Паутина развевалась между перекладинами. Лестница немного раскачивалась, потом вдруг резко повернулась вокруг своей оси, но, казалось, она выдержит нагрузку. Чем выше поднимался Джиллиан, тем дальше оставался пол: пять метров, затем шесть. Джиллиан решил смотреть только вверх, на люк, очертания которого были едва заметны в слабом свете лампы. Его тень на потолке приняла гротескную форму, заполнив верхнюю часть погреба подобно грозовому облаку.

Джиллиану оставалось еще каких-то два метра до верха, когда он увидел мерцание света, пробивающееся из щелей люка. Вдруг люк распахнулся. На желтом фоне неяркого света вырисовывались силуэты двух фигур: они просунули плечи и головы в отверстие.

Джиллиан похолодел. Расстояние в шесть, семь метров под ним показалось ему бездной.

Один из силуэтов держал свечу над краем отверстия. Воск капал на щеку Джиллиану. Пламя освещало их пепельно-серые лица и седые волосы.

Невозможно было определить их возраст. Они совершенно не изменились с тех пор, как Джиллиан впервые их увидел. Камень и Нога, близнецы-прислужники Лисандра. Сам черт не знает, где он их нашел. Было так же неизвестно, кто дал им такие прозвища. Если у них и были когда-то другие, то они были уже давно забыты.

Один из них, тот, который держал свечу, — Джиллиан решил, что это Камень, — скривил в ухмылке свои тонкие губы.

— А вот и посетитель к нашему господину!

— Но откуда он взялся? — Нога также ухмыльнулся. — И как он себя чувствует в теперешнем положении?

Джиллиан почувствовал, как заныли его руки. Ему нужно спуститься с этой лестницы, но лезть вниз он не решался. Он догадывался, что эти двое предпримут в таком случае.

Очевидно, это и без того входило в их намерения.

Камень приблизил свечу к замшелой веревке. Ещё немного и трос вспыхнет как фитиль.

— Как ты думаешь, ему понравится? — спросил его брат-близнец.

Нога неуверенно хихикнул:

— Это дело вкуса.

— Прекратите этот бред! — крикнул им Джиллиан. — Лисандр хотел меня видеть, так что помогите хотя бы подняться.

— Что правда, то правда, — сказал Нога.

— Он хотел видеть его живым? — спросил Камень.

— Не припоминаю.