— Смотри, они подходят к Тони.

— Очень интересно, — сказал Миллер. Он снова нажал спуск и на этот раз отснял всю пленку. Щелк, щелк, щелк, щелк, щелк… — Рико отдает концы в присутствии Тони в больничной палате, и вдруг у нас появляются два новых игрока, которые заглянули поболтать.

Серж встал напротив Тони.

— Мистер Марсикано?

— А ты кто такой?

— Просто небезразличный гражданин. Мои глубочайшие соболезнования по поводу Рико.

Биксби подстроил фокусировку бинокля.

— Посмотри, как высокий разговаривает с Тони. Похоже, они знакомы.

— Конечно, они знают друг друга. Посмотри, какое у Тони злое лицо. У него много дурной крови, которая ждет выхода.

Серж наклонился, чтобы поцеловать руку Тони. Тот отдернул ее.

— Отвали от меня! — Тони повернулся к телохранителям. — Кто впустил этих парней?

Группа мужчин со сломанными носами и бычьими шеями пожимали плечами с наигранным выражением невинности на лицах.

— Идиоты! Убрать их отсюда!

— Пустите меня, — вопил Серж. — Что вы делаете? Миллер быстро перезарядил еще одну кассету «кодака».

— Вот это да! Только посмотри! Они что, сцепились? Высокий вырвался из рук головорезов.

— Не могу поверить, кажется, он пихнул Тони, — сказал Биксби. — Он что, не знает, с кем связался?

— Тони тоже его толкнул! — Щелк, щелк, щелк.

— А высокий дал сдачи. Невообразимо.

— Эти новые парни выглядят круто. Надо бы их проверить, когда вернемся в участок.

— А теперь громилы скрутили его. Тони бьет его в живот.

— Ого! Ты видел, как он только что вмазал ему по роже?

— Эти ребята точно покойники.

— Или Тони покойник, в зависимости от организации, к которой они принадлежат.

— О нет! Смотри, достают пушки!

Миллер и Биксби выскочили из «краун-виктори», держа руки на кобурах.

— Стой! — Миллер схватил Биксби за руку. — Побеждают холодные головы. Погляди, Тони заставил их спрятать оружие. Вот почему он так быстро поднимается в семье.

Агенты вернулись в машину и сделали еще несколько снимков, пока охранники пинали Сержа по дороге к выходу с кладбища.

— Осторожно с костюмом! Осторожно с костюмом! Они швырнули Сержа на дорогу. Следом грохнулся Ленни.

Парочка поднялась на ноги и начала отряхивать пыль с порванных костюмов. Ленни вынимал из поцарапанных ладоней впившиеся в них кусочки гравия.

— Из-за них у меня дорожная сыпь. Серж сжимал в кулаке оторванный рукав.

— Жаль, неплохой был пиджак. Они забрались в машину и отъехали.

— Интересно, что все это значит? — подумал вслух Биксби.

Миллер записал номер отъезжающего «кугара».

— Спорю на что угодно, сегодняшнее происшествие как-то связано с камнями.

Тони Марсикано считался одним из самых неглупых членов организации Палермо и именно поэтому он встал во главе организации в Орландо в таком раннем возрасте. Всего тридцать пять, а уже серьезный пост.

Тони принадлежал к новому поколению, более цивилизованному, нежели прежние голливудские формирования. Никакого нарочитого акцента, никаких жаргонных словечек. Он обладал широкими плечами, что небесполезно в стычке, однако скрывал атлетическую наружность с помощью строгих деловых костюмов, пиджакам с отливом предпочитал габардин. И конечно, его внешняя схожесть с молодым Полом Ньюменом тоже не вредила. Тони носил кейс и разговаривал плавно и ровно. Что действительно отличало Тони Марсикано от коллег: он много улыбался.

На территории Орландо бандитские группировки контролировали проституцию в Орандж-Блоссом-Трейл и небольшие партии наркотиков. Это никогда не приносило много денег, и даже существующий поток постепенно высыхал, однако никто не собирался отказываться от доходов. В конце девяностых наблюдались всплески продаж экстази и героина, но случаи передозировок привлекали слишком много внимания прессы и полиции. Тони провел в городе всего неделю, когда ему пришла в голову мысль о поддельных билетах в тематический парк, которые он продавал в жилищных кварталах Киссимми. В народе смекнули, что их надувают, было много шума, но пара пожаров в кондоминиумах на удивление быстро навела порядок. Боссам Палермо это понравилось. Тони вернул в Майами понятие крупной дани. И ограничивать себя он не собирался.

Следующее направление бизнеса — нелегальный ввоз эмигрантов. Федералы следили за береговой линией, разыскивая кубинцев и гаитян, пробиравшихся на север на лодках, и за шоссе № 75 — на предмет поимки мексиканцев, ехавших на юг в сторону миграционных лагерей вокруг Окичоби и Иммокали. Никто не вспоминал о Восточной Европе. И определенно никто не следил за коридором Диснея.

Все началось как-то в пятницу. Тони читал газету в переполненном кафе на шоссе № 192, внешнем экономическом кольце галактики тематических парков, где туристы, которые не могли себе позволить останавливаться в Диснейленде, находили целое созвездие недорогих мотелей, забегаловок быстрого питания и придорожных аттракционов, предлагавших дополнительные удовольствия со скидкой. Тони посматривал в окно на очень дешевую сувенирную лавку в виде огромного апельсина. Темнота спускалась на дорогу, загорелись ряды мигающих лампочек на шатрах, простирающихся почти до горизонта. Особые расценки на проживание, буфеты со всем что хочешь, средневековые рыцарские турниры, майки по три штуки за доллар, наемная рабочая сила. Вскоре Тони заметил, что у него слишком долго не принимают заказ. Одинокая официантка суетилась по залу, подавала посетителям тарелки, меняла их местами, люди теряли терпение, а официантка снова собирала все тарелки и бежала в кухню мимо очередного плакатика «Требуются работники» на кассовом аппарате. Тони вновь углубился в газету, в статью о строительном буме на новые мотели. Тони всегда читал статьи обо всем, для чего нужен бетон. Вдруг раздался грохот. Тони подпрыгнул. У ног рыдающей официантки лежала гора разбитых тарелок. Тони посмотрел вниз на острые куски фарфора, перемешанные с бифштексами и остатками омлетов. Именно тогда перед глазами Тони предстало будущее. Индустрия услуг в Южном Орландо росла как на дрожжах, а рабочих рук не хватало. Постели в отелях не убирались, ряды лакированных голов аллигаторов собирали пыль на полках магазинов подарков, не дождавшиеся официантов голодные посетители вставали и уходили из ресторанов. Тони решил поправить создавшееся положение с выгодой для себя. Он разжился необходимыми фальшивыми документами и организовал перевозку работников из Румынии и Чехословакии, причем прибывали они вместе с туристами в международный аэропорт Орландо. На сей раз был поражен не только местный истеблишмент. Слух дошел до самого Майами, и Тони вскоре стал личным протеже мистера Палермо. Ну не умен ли этот малыш?