– Ясно! – вздохнул я. – Поехали устроимся и завтра по этому большому базару побродим.

Далеко ехать не пришлось. Гостиница с символическим названием «Поломанная кирка» находилась неподалеку от ворот. Впрочем, на первом этаже располагалась таверна, а сами номера находились на втором этаже.

– Хозяин! На постой принимаешь? – осведомился, заходя внутрь, Онтеро.

– Отчего же не принять, если у благородных господ деньги имеются? – улыбнулся нам благообразный гном. – Меня зовут Логкар.

Конечно, словосочетание «благообразный гном» звучит дико, но тем не менее этот гном был наиболее благообразным из всех до этого встреченных нами. Кучери его были тщательно причесаны и не торчали наподобие вороньего гнезда, как у Гленда Аронуса. Борода и усы тоже были в полном порядке. На кончиках усов даже бантики из тряпиц были завязаны. Приходилось проявлять поистине героические усилия, чтобы сдержать смех, который самым подлым образом подбирался к горлу при виде подпрыгивающих от разговора тряпиц.

Как только был улажен финансовый вопрос, в силу вступило знаменитое гномье гостеприимство под лозунгом: «За деньги и маму родную!» У нас это же носит смысл: «Любой каприз за ваши деньги!» Стоило только высказать пожелание, как все бросались его выполнять, но перед этим с точностью калькулятора нам сообщалось, сколько это будет стоить. Приходилось быть очень осторожным в своих желаниях.

– Ничего, ничего! – бормотал Валерка, посматривая на стяжателей. – Утром у вас будет полный набор! Когда Влад проснется, у вас тут уже будет вся сотня рыжебородых. Хозяин! А вот этому благородному господину бочку ключевой воды в номер. Он любит утром умываться.

– Как пожелаете! Это будет стоить еще тридцать серебреников.

– Я не Иуда! – сообщил Валерка мне, когда мы все вчетвером собрались в комнате. – Я тебя за тридцать серебреников не продам. Ты уж не подведи, а!

– Да уж! – задумчиво сказал Сема. – Если Валера кого-то не полюбил, то не полюбил!

– А когда это было, что бы мы двадцать золотых за одну ночь отдавали? – огрызнулся Валерка.

– Так ведь тут столица! Тут все дороже, чем на периферии. Столько всех собирается – продать или купить! А переночевать где-то надо? А поесть? А привести себя в порядок? Грех не заработать на этом! Вот и зарабатывают. Зато здесь можно купить все! Все, что производится у гномов, людей и эльфов.

– Ну положим, не все, – задумчиво сказал Онтеро. – Есть вещи, которых ты не найдешь ни на одном базаре, как бы ни искал.

– Это называется «ноу-хау», – пояснил Валерка с умным видом.

– Какое «ноу-хау»?! Ноу-хау – это технология, а не товар! – поправил Сема. – Товар может быть продуктом ноу-хау, но не более.

Онтеро нахмурил брови, пытаясь вникнуть в суть спора.

– Ребята, давайте попроще! Вот тут есть как минимум две личности, которым вся ваша болтовня непонятна. Какое отношение имеет технология к базару в Квартерхаме? А что касается того, что не все продается… Ну зачем тем же гномам эльфийские стрелы, если ими никто, кроме самих эльфов, не пользуется? Или, к примеру, кольчуга, рассчитанная на гнома. Ее что, будут человек или эльф покупать? Я так понимаю, что на продажу выставляются вещи, которыми могут воспользоваться все. Или, по крайней мере, большинство.

– Вот завтра и посмотрим! – подвел итог Семен, поднимаясь. – А сейчас я пойду отдыхать. И вам советую! Ходьба по таким базарам – дело утомительное.

Скажу без ложной скромности, я оправдал надежды Валеры. Весь персонал отеля был в шоке, когда я вышел из комнаты. Логкар, нервно оглядываясь по сторонам, попытался было мне объяснить, что столь громкие звуки в столь неурочный час беспокоят постояльцев. Пришлось мне, в свою очередь, объяснить ему, что я могу за свои деньги позволить себе что угодно, в том числе и столь громкие звуки. А хорошая звукоизоляция – это уже забота самого хозяина.

Ребята, в общем, уже привычные к этому, восприняли побудку спокойно. Онтеро оптимистично заметил, что в Арондэле уже давно думали ввести какой-то сигнал для того, чтобы жители знали, что наступило утро. Мои вопли в качестве такого оповещения подходят как нельзя лучше. Другие постояльцы, вырванные из постелей моими вокальными упражнениями, повыскакивали из комнат и раздраженно пытались выяснить, что, собственно, происходит. Естественно, выяснить они в первую очередь хотели у первоисточника, то есть у меня. Но когда их взгляд падал на мою личность, особенно на рукоять «Кленового Листа», выглядывающую из-за моего плеча, и широкую ласковую улыбку, желание пообщаться со мной как-то сразу угасало.

После завтрака бочка с водой из моей комнаты куда-то испарилась. На мой прямой вопрос, где бочка, Логкар сообщил, что ее одолжил владелец гостиницы, находящейся неподалеку. Мол, туда съехали практически все жильцы из «Поломанной кирки», и потребность в бочке резко возросла. Но хозяин ко мне не в претензии. Более того, он не будет возражать, если столь благородный господин тоже решит переехать. Логкар даже готов оплатить ночлег благородного господина. Просто так. Уж очень благородный господин пришелся Логкару по сердцу.