– Излечения? В этом я неплохо разбираюсь, – впервые заговорила Нолар – ясным мелодичным голосом. – Входите, пожалуйста. Можно поговорить в моем кабинете.

Дуратан вежливым жестом пригласил путников заходить.

– Я попрошу конюха позаботиться о вашей лошади.

Но Алон не сдвинулся с места, он только покачал головой.

– Лучше, если я сам присмотрю за своим жеребцом, мастер Дуратан. У него может быть… неустойчивый характер. Я присоединюсь к вам через несколько минут.

– Хорошо. Тогда я покажу тебе, где конюшня. – Дуратан пошел навстречу Алону, и сказительница заметила, что хоть держится он прямо и плечи у него широкие, но летописец при ходьбе заметно хромает.

Вслед за целительницей девушка прошла в древнее здание и сразу вспомнила крепость в городе Эс. Та же аура древности окружала камни – нет, это место казалось еще более древним. Женщины проходили мимо множества комнат, заполненных полками; на каждой полке сотни книг и даже древних свитков в металлических и кожаных футлярах. Ученые в мантиях (и мужчины, и женщины) тихо проходили коридорами, неся охапки книг, свитков и свежеочиненных перьев.

Поднялись по лестнице в одной из башен; Нолар остановилась перед дверью и открыла ее. За дверью оказалось просторное помещение с окном, откуда открывался вид на восточные холмы. На каменном подоконнике стояли горшки с травами, стены покрыты завесами мягких цветов; это гобелены, но их изображения уже невозможно различить. Выбеленные стены уставлены шкафами, в которых тоже множество свитков в деревянных или украшенных бронзой футлярах.

Эйдрис вдохнула пыльный запах кожи и подумала, что здесь скорее всего сможет найти древние знания, которые помогут ее отцу.

Нолар осторожно передвинула рваный свиток, который, по-видимому, изучала, потом пригласила девушку сесть.

– Расскажи, зачем ты пришла, Эйдрис.

Набрав побольше воздуха, сказительница начала рассказ. И уже была на середине, когда в комнату вошли Дуратан и Алон. Рассказывая о событиях прошлого, девушка видела, что взгляд летописца не отрывается от лица юноши; Дуратан избегал смотреть открыто, но наблюдал исподтишка, как мог бы наблюдать Стальной Коготь за кроликом, слишком далеко отошедшим от своей норы.

«Почему мастер-летописец так заинтересовался Алоном? – удивилась Эйдрис. Потом ей пришла в голову возможная причина. – Дуратан, очевидно, читал о кеплианцах из Эскора и узнал Монсо. Конечно, его заинтересовал человек, который сумел приручить такое существо».

– … и все эти годы Джервон оставался таким, – закончила Эйдрис. – Как малый ребенок… послушный, но нуждающийся в помощи в самых обычных делах: еде, мытье, одевании. – Она умоляюще посмотрела на целительницу. – Госпожа Нолар… знаешь ты что-нибудь, что могло бы помочь ему? Я не могу допустить, чтобы он продолжал так жить!

– И ты говоришь, что нет никакого шрама, никакого углубления на черепе, где он ударился головой?

– Нет. Джойсана, которая воспитывала меня после исчезновения моей матери, Мудрая Женщина и сама очень искусная целительница. Она сказала, что дело не в физической ране, а в мозгу и, может, душе. Как… – она поискала пример, – как река во время наводнения, которая оставляет свое русло и заливает берега. Так же и со связями в мозгу Джервона.

– Понятно… – ответила целительница. Она посмотрела на Дуратана. – Кажется, похоже на случай с Элгарет. Может быть, Камень…

– Камень? – переспросила Эйдрис. – Какой камень?

– Камень Коннард, – сказал Дуратан. – Это целебный камень большой силы. Он находится в пещере, в горах далеко отсюда. Осколок этого камня излечил тетку Нолар, мозг которой повредился во время Великой Перемены. Когда-то эта женщина была одной из волшебниц.

– Осколок? А мы можем его получить? – сердце у Эйдрис сильно забилось, как птица, попавшая в ловушку и пытающаяся спастись.

– Увы, у меня его больше нет, – сказала Нолар.

– Вскоре после излечения Элгарет осколок привлек меня к камню и там слился с ним, – добавила она немного погодя. – И поэтому у меня его нет больше. И не думаю, что за прошедшие годы был найден другой. А можешь ты отвезти отца к камню?

– Камень Коннард… – прошептала Эйдрис. Сердце ее упало. Она представила себе бесконечное утомительное возвращение в Кар Гарудин, потом поездку с отцом, вначале через горы, потом через пустыню, ограничивающую Арвон, потом по долинам Высшего Халлака, через море, потом придется пересечь весь Эсткарп..