— И на серпиенсов, и на виверр.

— Допустим, все так и есть, — вмешался Учитель. — Но Вика здесь при чем? Вряд ли сервы станут менять Грина на Вику.

— Арианна хочет, чтобы Грин сам вернулся, — подсказал Рыжий. — Чтобы сбежал от полукровок и вернулся в Москву. Если его разозлить, он обязательно что-нибудь придумает. И серпиенсы об этом знают.

— Не вернется он, — Учитель помотал головой. — Не те ставки в игре. Один раз он Викой пожертвовал, когда прикинулся провокатором, а ее в свой замысел не посвятил, сделает это и теперь.

— Или сломается и не сделает, — возразил Рыжий. — Нервы даже у него не железные. Товарищ генерал, Архангел его так и не нашел?

— Грина другие люди нашли, тоже надежные. Но пока что Фил под колпаком у агентуры противника… уж не знаю, полукровки это или чистые серпиенсы, не важно. Правда, Архангел на подходе. Если что, поможет. Еще вопросы?

— Что будем делать с Викой? — спросил Учитель.

— Думать будем, как ее выручать, что ж еще? Если серпиенсы ей навредят, Грин может сильно огорчиться. Достанется и чужакам, и нам с вами. А если серьезно, боюсь, что прав Рыжий. Филипп может и согласиться на размен, сердце у него не камень. Вот и в предсказании его крайнем, где ты да Арианна мелькаете, о чем-то подобном говорится. Сдастся Грин змеевикам, и все пойдет прахом, а этого допустить никак нельзя.

— И как мы можем ее выручить? — Боря удивленно посмотрел на Учителя, а затем переглянулся с Танком и Рыжим. — Штурмом Тушинский купол возьмем?

— Нет, — твердо сказал Учитель. — Мы возьмем не купол. Мы тоже возьмем заложника и предложим змеевикам поменяться на Вику.

— И кого ты собираешься взять? Офицера стражи?

— Нет. Мы возьмем приора стражи. Арианну Дей.

— Сильно, — хмыкнул Рыжий. — И как мы это сделаем?

— Очень просто. Мы воспользуемся подсказкой Грина и придем туда, где очень скоро окажется Арианна. На тот заснеженный горный серпантин.

— Это где? — Рыжий недоверчиво скривился. — В Сочи, на Красной поляне? На недостроенном олимпийском объекте?

— Там погода нормальная, — возразил Боря, не отрываясь от компьютера. — В радиусе двух тысяч километров вообще никаких осадков, только в Москве и за Уралом завтра обещают мокрый снег.

— На Урале гор много, — негромко сказал Танк. — Устанем искать нужную.

— Я сказал за Уралом, в Сибири, — уточнил Боря. — И в Москве будет снег.

— Но в Москве нет горы с серпантином, — Танк пожал плечами.

— Очень ценное наблюдение, — иронично проронил Борис.

— Гора и серпантин? — вдруг встрепенулся Учитель. — Стоп! Я знаю, где мы встретимся с Арианной! А заодно и с настоящим провокатором. Я уверен, он тоже придет. Такого шанса он не упустит. Там обоих и накроем. А Грина прикроем, если его предсказание сбудется по всем пунктам и он тоже там появится. Товарищ генерал, он не говорил, зачем придет на тот серпантин?

— Он и сам толком не понял. Сказал, что когда предсказание начнет сбываться, все прояснится. А ты-то до чего додумался? Где эта гора с серпантином?

— Гораздо ближе, чем вы думаете, товарищ генерал, — Учитель встал. — Разрешите выдвинуться в район наблюдения? Надо заранее там осмотреться. Если все правильно, я доложу. Если нет, не хочу снова выглядеть самоуверенным тупицей.

— Выдвигайтесь, — генерал махнул рукой. — Все шагом марш. С глаз моих. Удачной охоты…

Поначалу Филипп не понял, где очутился, но когда, поморгав, он прогнал муть перед глазами, ему стало понятно практически все. Пилот не напрасно «настоял», чтобы Грин выпрыгнул именно сейчас. Падающая машина как раз пролетала над одним из многочисленных полей или прудов, называть можно и так, и этак, в котором выращивались пресноводные креветки. В пойме главной здешней реки Чаопрая таких ферм располагалось много, и приличный уровень воды поддерживался в этих прудах даже в засушливый сезон.

«Снова жив! — Грин внутренне ликовал. — Спасибо пилоту!»

В ту же секунду издалека донесся отзвук страшного грохота, а следом и взрыва. Это явно упал вертолет. Что стало с пилотом, Филипп старался не гадать. Может, тоже выпрыгнул? Тогда шансы есть. А если не успел… спасибо ему и вечная память. Уже ничего не изменить.

Грин отогнал тяжелые мысли и сосредоточился на собственном бедственном положении. Кости, скорее всего, остались целы, но дыхание восстанавливалось неохотно, и Филиппу катастрофически не хватало воздуха. Ему приходилось дышать часто и поверхностно, превозмогая боль, и при этом еще следовало удерживаться на поверхности пруда. Комплекс задач выглядел непосильным. Следовало срочно выбираться на берег.

«Да еще неизвестно, креветок тут выращивают или крокодилов?»

Эта мысль придала Грину недостающие силы, и он торопливо погреб к ближайшему берегу.

Когда Филиппу удалось выбраться на скользкую траву, дыхание почти восстановилось, а вот онемение в ступнях не прошло. Идти, не чувствуя ног ниже щиколоток, проблематично, да и рискованно. Вывихнуть или даже сломать ногу можно запросто. Да и куда мог пойти Фил, если по большому счету? Плутать по ночным джунглям? Нет уж, увольте. Во всяком случае до утра.