— Наши радары будут вести тебя туда и обратно, — пообещал Сефер. — При такой погоде без них у тебя ничего не получится.

Стен Сефер не задал ни одного вопроса, но догадался, что Уогрейв собирается вывезти агента, работающего против русских. Как и все остальные члены югославского правительства Сефер был рад помочь любому, чтобы сдержать натиск советской власти. В Белграде прекрасно понимали, что Югославия может стать очередной целью Красной Армии. После оккупации Румынии независимые лидеры с подозрением относились к «Русскому Медведю».

Полет был сложным — они летели вслепую через всю Югославию, — и без поддержки радаров, ведущих Уогрейва к румынской границе, им пришлось бы туго. Эльза Лэнг постоянно смотрела на карту, изредка выглядывая в окно, тщетно пытаясь рассмотреть землю. В Милане она выпила изрядную порцию виски, и это помогало ей в течение первого часа, но до Бухареста было три часа полета, и действие алкоголя уже ослабею.

— По крайней мере при такой видимости мы можем сохранить наш перелет в секрете, — заметила она.

Эльза не чувствовала бы такую уверенность, если бы стала свидетелем эпизода, происшедшего в миланском аэропорту сразу же после их взлета. Помощник авиадиспетчера, Тони Мороси, пожаловался начальнику на боль в животе и получил разрешение покинуть башню контроля. Но вместо того чтобы пойти в туалет, он направился к телефону-автомату и набрал миланский номер. На том конце сразу же подняли трубку.

— Говорит Руссо, — быстро сказал Тони Мороси. — Частный самолет «Хокер-Сидли» вылетел в 7.30 в восточном направлении.

— Ну и что тут особенного? — спросил угрюмый голос.

— До этого он целый день стоял в специальном ангаре под охраной.

— Кто на борту?

— Понятия не имею.

— Держи меня в курсе дела.

Повесив трубку, Мороси вытер вспотевший лоб и направился в туалет, где просидел несколько минут, прежде чем вернуться на свое рабочее место. Человек в одном из миланских гаражей, получив сообщение Мороси, зашифровал его и при помощи мощного передатчика отослал в Москву. Правда, сделал он это не сразу, так как сообщение, по его мнению, не было важным.

— Пролетаем реку Агрес…

Эльза смотрела на проплывающую под ними румынскую землю, сверяя ориентиры по карте. Они летели на высоте пятнадцати тысяч футов. Им повезло — здесь стояла ясная погода. Земля внизу была белой, но снег не шел в этой части Балкан.

— Скоро будем на месте, — ответил Уогрейв. — Следи за огнями.

Было 11.30 по румынскому времени. При подлете к Бухаресту Эльза почувствовала, что нервы у нее не пределе. Она посмотрела на Уогрейва, сидевшего со спокойным, но сосредоточенным лицом. Почувствовав ее взгляд, он ободряюще улыбнулся.

— Не каждой девушке удается слетать в загадочную Румынию с оплатой всех расходов.

— Лучше не отвлекайся, — ответила Эльза.

За ними располагался салон с креслами для шести пассажиров, и Уогрейв подумал, что им придется взять на борт по крайней мере трех человек. У Анатолия Зарубина были жена и дочь, вряд ли он захочет их оставить. Положив пистолет «стен» рядом с Уогрейвом, Эльза достала свой «смит энд вессон» 38-го калибра. И тут она увидела, как в зимних сумерках загорелись огни взлетно-посадочной полосы.

— Следи за сигналами, — предупредил ее Уогрейв.

Облизнув пересохшие губы, Эльза смотрела в окно, а Уогрейв стал снижать высоту. Что ждало их впереди? Они собирались приземлиться в центре коммунистического государства — государства, часто не соглашавшегося с Москвой, но все же коммунистического.

— Не забудь, что у него на отвороте пальто будут буквы АН, — сказала она, как будто он мог это забыть. Эльза постаралась взять себя в руки.

И тут она увидела, как кто-то подает сигналы. Три длинные вспышки… одна короткая… три длинные…

Она почувствовала небольшой толчок, когда Уогрейв посадил самолет и стал резко сбрасывать скорость, не зная, какой длины полоса. Самолет остановился, и Эльза напряженно вглядывалась в окно. Не выключая двигатель, Уогрейв тоже смотрел в сгущающиеся сумерки.

— Странно, никого не видно…

— Но ведь кто-то подал сигнал…

— Значит, кто-то должен быть здесь, — согласился Уогрейв.

Он взял «стен», а Эльза крепче сжала в руке «смит энд вессон». Оружие придало ей уверенность. Уогрейв включил прожектор на носу самолета. Луч выхватил из темноты фигуру невысокого, широкоплечего человека в шубе, двигающегося к самолету.