Ваша задача — рассмотреть данное дело, опираясь на свидетельские показания. Если они будут достаточно убедительными и вы посчитаете, что подсудимый действительно совершил убийство, вы должны признать его виновным.

Обе стороны проводят этот процесс наилучшим образом, в лучших традициях английского судопроизводства. Мистер де Филиппис ведет защиту весьма умело, совершенно, мастерски. Он утверждает, что обвиняемый не только заслуживает вердикта «невиновен», но и что против него нет ни единой улики. И если вы безоговорочно верите истории, рассказанной обвиняемым в своих интересах, тогда он не совершал убийства. Здесь нет ни одной прямой улики против него, так что мы не знаем, и не сможем узнать, когда было совершено это убийство. Вы должны иметь в виду, что это могло произойти в любое время между половиной шестого вечера в четверг 27 июля и приблизительно двенадцатью дня 28 июля.

Вопрос о времени совершения убийства — действительно большое затруднение обвинения. Исходя из свидетельских показаний, я должен сказать — оснований полагать, что Элизабет Ропер умерла вечером 27 июля у нас ничуть не больше, чем оснований думать, что она умерла ночью или на следующее утро. У нас не больше причин полагать, что обвиняемый взял нож на кухне вечером 27 июля, чем считать, что кто-то другой сделал это утром 28 июля. И еще раз о времени. Мы можем не принимать в расчет время, затраченное обвиняемым во второй раз на обратную дорогу от виллы «Девон» до вокзала на Ливерпуль-стрит. Он шел пешком, споткнулся о бордюр и упал. Он перевязывал руку. Словом, он задержался. И у вас нет причины оспаривать это.

Главной уликой против обвиняемого, безусловно, является то, что он давал своей несчастной жене ядовитое вещество. Он мог иметь или не иметь намерения своими действиями довести ее до смерти. Он мог иметь или не иметь намерения совершить менее зловещее деяние — подавить ее чрезмерное половое желание. Вопрос не в том, что он собирался сделать, а в том, чего добился. Миссис Ропер умерла не от отравления гидробромидом, а оттого, что ей перерезали горло. Важно, чтобы вы помнили об этом, когда будете выносить вердикт.

Обе стороны долго обсуждали вопрос применения гидробромида человеком без специального образования. Не следует придавать большого значения факту, что 10 гран являются смертельной дозой и обвиняемый, по собственному признанию, смешивал именно такое количество препарата с фунтом сахара. Насколько нам известно, он понимал, что жена не съест столько сахара за один раз, а только постепенно, за много дней, возможно унцию в день.

Хотя, без сомнения, мой долг действовать в интересах правосудия, чтобы преступники были наказаны должным образом, мой долг также поставить вас в известность, что какую бы личную неприязнь вы ни испытывали к обвиняемому, вы не должны выносить вердикт «виновен», пока не останется ни единой лазейки, в которую он мог бы ускользнуть. Не думаю, хотя и есть подозрение, что обвинение достаточно хорошо, на мой взгляд, убедило вас в виновности подсудимого.

Итак я не думаю, что улик достаточно, чтобы оправдать ваше решение вынести вердикт «виновен».

Если только вы не придали большого значения заявлению мисс Фишер о том, что обвиняемый открыл ей дверь в столовую, если вы не видите в этом намеренного желания отвлечь ее внимание от кухни, то нет никаких улик, что обвиняемый как-то связан с орудием убийства. Также вы должны принять во внимание затраченное время и спросить себя, станет ли человек в его положении, собираясь совершить злодеяние — как утверждает обвинение, — рисковать выйти из кухни с ножом, когда есть вероятность встретить мисс Фишер в коридоре. Вы должны также спросить себя, почему человек, который испачкал кровью руку и рукав пальто, совершив зверское убийство, вынужден заматывать руку тряпкой, хотя гораздо проще было бы смыть кровь водой.

Используя косвенные улики, судьи и присяжные обязаны быть особенно внимательными, прежде чем выносить приговор. И мой долг указать: только в том случае, если показания выглядят столь убедительными, что ни у кого не останется сомнений, — только тогда вы можете признать обвиняемого виновным. Вы не обязаны считаться с моим мнением, но вам следует быть очень внимательным, прежде чем мы признаем человека виновным в таком преступлении. Конечно же, это исключительно на ваше усмотрение, джентльмены.

Теперь я попрошу вас удалиться, чтобы обсудить вердикт. Тщательно взвесьте свидетельские показания с обеих сторон. Если вы полагаете, что обвинение доказало вину подсудимого, ваш вердикт будет «виновен». Если же нет, если есть хоть малейшее сомнение, ваш вердикт должен быть «невиновен».

Двое полицейских привели всех присяжных к присяге, и те удалились в два тридцать пять дня. Они совещались два с половиной часа. Видимо, прийти к соглашению оказалось нелегко.

Секретарь суда:

— Господа присяжные заседатели, вы вынесли свой вердикт?

Старшина присяжных:

— Да.

Секретарь суда:

— Вы нашли подсудимого виновным или невиновным в жестоком убийстве Элизабет Луизы Ропер?

Старшина присяжных:

— Мы нашли его невиновным.

Секретарь суда:

— Это единогласное решение?

Старшина присяжных:

— Да.

Мистер де Филиппис:

— Я хочу попросить вас, Ваша Честь, чтобы Альфреда Ропера освободили из-под стражи.