– Ты редкий пример человека помнящего добро, – усмехнулся прелат. – Но, знаешь ли, что все называют тебя моим цепным псом?

– Ну и пусть, – равнодушно пожал плечами мужичина, – зато сегодня моя привычка спать у вас под дверью спасла вам жизнь. У этого вора был отравленный кинжал.

– Вот как? – прелат вопросительно поднял бровь, – Ну и кто в этот раз возжелал моей смерти? Неужели жалкий баронет не может простить проигранный суд?

– Боюсь, все намного серьезнее. Этот малый клянется, что попал сюда с помощью какой-то ведьмы. А еще он говорит, что она отправляла его в какой-то другой мир. И там он и его оборванцы вселяются в тела других людей.

– Эрмон, – епископ укоризненно покачал головой. – Если допрос был с пристрастием, несчастный мог и не такое рассказать.

– Да я пальцем не тронул этого труса, – возмутился Эрмон. – Так отвесил пару тумаков. Мне просто непонятно, как он смог преодолеть все посты? Как умудрился пробраться в главную башню и невредимым дойти до вашей спальни? Я опросил всю стражу. Его никто не видел.

– А если стражники были пьяны? – невинно поинтересовался прелат.

Эрмон сверкнул глазами, но сдержался. Потом произнес:

– В таком случае я тоже был пьян. Я как всегда сидел в коридоре. Он был пуст. И вот в двух шагах от меня появляется этот человек с кинжалом. Я, признаюсь вам, даже растерялся от неожиданности. И он, воспользовавшись этим, чуть не одолел меня. Но могу поклясться на кресте, что этот парень взялся из ниоткуда. Здесь точно замешано колдовство, монсеньор.

– Прикажи привести его, – прелат задумчиво потер подбородок.

Спустя несколько минут, в библиотеку втолкнули грязного человека в цепях. Лицо его пересекал безобразный шрам. Епископ брезгливо поднял руку, останавливая стражников. Ему совсем не хотелось, чтобы пойманный запачкал дорогой ковер.

– Как тебя зовут? – произнес он, вглядываясь в лицо незнакомца изуродованное шрамом. Он не мог не отметить то, что пойманный обладал довольно внушительной внешностью. Впрочем, как и то, что, судя по ссадинам на его лице и порванной одежде, двумя тумаками, как уверял Эрмон, дело не обошлось.

– Меня зовут капитан Ринальдо. Я родом из Ломбардии. И я уверяю вас, монсеньор, что сам не пойму как оказался здесь, – поклонился задержанный.

Тамара закрыла собой сына, понимая, что дальше им некуда бежать. Этот двор оказался тупиком. И около десятка мальчишек в возрасте от двенадцати до шестнадцати лет неторопливо приближались к ним, понимая, что жертвы загнаны в угол. Тамара огляделась еще раз. Этого просто не может быть. Все вокруг выглядело слишком мирным, чтобы происходящее оказалось правдой. В уютном внутреннем дворике многоэтажки цвели осенние хризантемы. Ярко горел фонарь, освещая пятачок асфальта рядом с песочницей. Особенно поразило Тамару то, что рядом с будто только что сделанными куличиками из песка, валялось ярко красное пластмассовое ведерко. Его, наверное, забыл какой-то малыш.

– Этого просто не может быть, – повторяла она вслух, смотря на приближающихся подростков. Их озлобленные лица не предвещали ничего хорошего. Это были уже не дети, а волчья стая, загоняющая добычу. Тамара усилием воли стряхнула оцепенение.

– Помогите! – закричала она и подтолкнула сына. – Кричи. Здесь полно людей. Они просто спят. Помогите! – крикнула она еще громче.

Мальчишка лет пятнадцати отделился от остальных и оскалился в звериной ухмылке.

– Все спят, – произнес он каким-то свистящим шепотом, и Тамара увидела, как в его руке блеснул нож.

– Прочь от женщины, – в толпу подростков неожиданно врезался непонятно откуда взявшийся мужчина.

Растерявшиеся сперва мальчишки, уже через несколько секунд перегруппировались как заправские воины. Только парень с ножом остался в стороне, словно отдавая остальным молчаливые команды. Повинуясь его взгляду, стая бросилась на мужчину. Мальчик с ножом снова посмотрел на Тамару. Он, разминаясь, повел плечами и сделал шаг женщине навстречу.

Тамара беспомощно посмотрела на мужчину, на котором гроздьями висели дети. Они, несомненно, были меньше и слабее его, но их было около десятка. К ее удивлению, мужчина легко стряхнул нескольких мальчишек с правой руки и стал методично наносить удары, не делая скидки на возраст нападавших. Он почти освободился от пацанов, большая часть, которых уже сидела и лежала на земле, зажимая разбитые носы и держась за вывихнутые скулы.

И в этот момент парень с ножом прыгнул незнакомцу на спину. Тамара как в замедленной съемке увидела занесенный для удара нож. Он должен был четко выверенным движением вонзиться в горло мужчине. Но в последний момент тот неожиданно резко бросился вперед и упал на колени. Рука мальчишки скользнула в сторону. Он по инерции перелетел через незнакомца и шлепнулся спиной об асфальт. Мужчина поднялся и посмотрел на детей сидевших и лежавших вокруг.

– Кто вы такие и почему нападаете на беззащитных? – произнес он, оглядывая поле боя.

– Мы те, кто еще придет за тобой Бриан, – произнес мальчишка, пытавшийся ударить его ножом. Он со стоном поднялся, провел рукой по затылку и, поднеся окровавленную руку ко рту, слизнул кровь, пробуя ее на вкус.

– Откуда ты меня знаешь? – поразился Бриан.

– Тебе не удастся ее спасти, – прошипел мальчишка и поднял руку.

Подростки, прихрамывая и постанывая, собрались вокруг него.

– Я уже вызвала милицию, – закричала Марина, выбегая из подъезда и размахивая сотовым телефоном.