Он коснулся ладонью сияющего шара.

– Добро пожаловать в мои владения, Памела. Свет задрожал – а потом стал расширяться.

И со звуком, очень похожим на вздох, он стал приобретать новые формы и очертания – пока наконец в объятиях Аполлона не очутилась Памела. Ее тело все еще слегка светилось, и вся она выглядела нереальной, прозрачной, как будто была незаконченным акварельным портретом самой себя. Аполлон, всхлипнув, крепче обнял ее. Памела была прохладной и слишком легкой. Аполлон боялся, что, если выпустит ее, она уплывет прочь. Памела молчала и не шевелилась.

– Памела! – воскликнул бог света. – Это я! Ты со мной. И теперь все будет хорошо.

Легкая дрожь пробежала по ее почти нематериальному телу.

– Аполлон?

Она слегка отстранилась от него, растерянно оглядываясь по сторонам. Она видела, что стоит в гигантском мраморном зале рядом с Аполлоном, прекрасной молодой женщиной и высоким смуглым мужчиной. Потом ее взгляд опустился к собственному телу – и Памела побледнела от потрясения.

– Скажи, что это мне снится, Аполлон. Скажи, что я скоро проснусь, – произнесла она дрожащим голосом.

– Не могу, – хрипло ответил он.

– Памела…

Голос Лины лился тепло и спокойно. Она легко коснулась руки духа недавно умершей.

– Меня зовут Каролина; если хочешь, можешь звать меня Линой. А это мой муж, Гадес.

Глаза Памелы на бледном лице казались огромными и круглыми.

– Гадес? – прошептала Памела.

Деревянным движением она подняла полупрозрачную руку и уставилась на нее.

– Я умерла? И теперь я в…

Ее взгляд снова метнулся к Гадесу, а рот открылся, как будто Памела хотела закричать.

– Ты в Элизиуме, – сказала Лина с мягкой улыбкой.

Она взяла руку, которую Памела продолжала держать перед лицом, и сжала ее в своих ладонях, желая, чтобы бессмертная сила Персефоны, таившаяся в ней, успокоила Памелу.

– А если точнее, ты в нашем дворце на краю полей Элизиума. Подземный мир невероятно прекрасен, милая. И здесь тебе совершенно нечего бояться.

– Подземный мир? – Качая головой, Памела посмотрела на Аполлона. – Почему я вдруг очутилась в греческом Подземном мире?

– Я просто не знал, что еще можно сделать. – Взгляд Аполлона молил ее о понимании.

– Нет, – шепнула Памела. – Нет, этого не может быть.

– Ты умерла до захода солнца. Я ничего не мог сделать, чтобы спасти тебя. Умоляю, прости меня. Я не мог дать тебе уйти… я… я думать не мог о том, что ты уйдешь…

Памела все так же качала головой, не сводя с него взгляда. А потом она вспомнила. В ее памяти вспыхнула картина: на нее несется автомобиль, и дальше – смертоносное столкновение… Резким, механическим движением она вышла из кольца рук Аполлона.

– Я не знаю, что нам теперь делать, – сказал он.

– Ну, – решительно произнесла Лина, – прежде всего ты пойдешь с Гадесом, тебе надо искупаться и переодеться во что-нибудь…

Она помолчала, не зная, что сказать.

– Во что-нибудь не такое грязное. А пока ты этим занимаешься, я покажу Памеле все вокруг. Идите. – Она поймала взгляд мужа и вскинула брови. – Мы тут сами разберемся.

– Я недолго, – сказал Аполлон Памеле.

Но она продолжала молча смотреть на него, пока они с Гадесом не вышли из зала.

Лина все еще держала прохладную руку Памелы и теперь повлекла умершую к большой, украшенной серебряными орнаментами двери в дальнем конце зала. Дух умершей, не сопротивляясь, пошел за ней. Выйдя через дверь, они очутились в широком коридоре, на потолке которого висели драгоценные люстры. Лина повернула направо, потом налево. Огромная стеклянная дверь распахнулась, не дожидаясь прикосновения, и Лина с Памелой вышли в невероятно красивый двор, где стояли мраморные статуи, бил огромный фонтан и пенились цветы всех оттенков белого.

Несмотря на панический страх, который, казалось, заглушил все рациональное в ее уме, дизайнер, скрытый в Памеле, тут же заметил окружающую красоту.

– Фантастично, правда? – сказала Лина. – Я влюбилась во все это сразу, как только увидела.

Памела посмотрела на Лину и быстро моргнула, как лунатик, пытающийся проснуться.

– Так ты не из них, да?

– Нет, – Лина покачала головой, и ее волосы, спускавшиеся до изящной талии, колыхнулись.

Она улыбнулась и показала на свое тело.