Апостол: Чтобы сберечь силы, подойди к Даку, погрейся у его огня.

Скиф: Дак не примет. Мы устраивали набеги на их поля, и он это помнит.

Апостол: Конечно, обиженный Дак может и не поделиться благом тепла, но мой брат Дак с радостью примет моего брата Скифа.

Скиф: Ты назвал меня... своим братом?

Апостол: Я уже пересадил твою судьбу и твои страдания в земли свои.

Скиф: А с чего ты взял, иудей паршивый, что я хочу быть твоим братом? Ты и меч в руках не удержишь, и на коня с разбегу не прыгнешь!

Апостол: Неужели ты думаешь, что мы братаемся, чтобы рубить чужие головы?

Скиф: Для чего же еще?

Апостол: Я назвался твоим братом, чтобы спасти тебя. Господь заповедал любить каждого, даже самого падшего, даже того, кого уже никто не любит. Ты отверг моего Господа и мою Любовь. Да свершится воля Его. (Взяв кувшин, стал поливать собранные камни.)

Скиф: Ты что делаешь, Апостол? Я выслушал от тебя такие гадости, каких мне сроду никто не говаривал! Оставь хотя бы глоток!

Апостол: Тише, не ори, а то испугаешь.

Скиф: Кого?

Апостол: Смену времен.

Скиф: Каких времен, чего городишь?!

Апостол: Разве ты не заметил, что над поляной запах хмеля начал уступать место запахам свежевыпеченного хлеба? Но хлебные запахи еще слабы.

Скиф: Какое там слабы, когда вовсю пахнет хлебом!!

Апостол: Ну, если хлебные запахи вытесняют в тебе винные, твое место теперь у огня, поближе к хлебам, ибо в них — жизнь.

Скиф: Мне нельзя к теплу. Засохнут повязки.

Апостол: Афинянин, друг мой, помоги моему брату Скифу!

Еллин: Как? Чем?

Апостол: Перевяжи раны.

Еллин: Ты эти слова в мои уши вкладываешь?

Апостол: В твои.

Еллин: Но, почему ты такие слова вкладываешь в мои уши?

Апостол: Чтобы ты помог моему брату Скифу.

Еллин: Я философ, и оказался в горах только потому, что мы, философы, когда нами овладевает великая, но спорная мысль...

Апостол: Я понимаю, дело это трудное, рискованное. Больной на пределе, ничего из нужного под рукой нет, но спасать-то надо!

Еллин: Ты и это мне говоришь?

Апостол: Тебе, конечно.

Еллин: Он меня с ума сведет. (Кричит во всё горло.) Скажите этому рыжему Апостолу, втолкуйте в его тупую голову, что философы и лекари живут на разных улицах!!!

Варвар: Чего пристал! Видишь, не его это дело!

Апостол: Лечение, конечно, стоит дорого. Сегодня я не в состоянии оплатить твои труды, но я помолюсь Господу, и Он отблагодарит тебя.

Еллин: Слушай, Служитель небес... чего ты от меня добиваешься?

Апостол: Чтобы ты облегчил страдания моему брату Скифу.

Еллин: Как сделаю то, чего не умею?

Апостол: Умеешь. Тебя сердце выдает.

Еллин: Чем?

Апостол: Ему ведано, что такое добро.

Еллин: И тем не менее, я не лекарь.

Апостол: Помни, ты наделен великим умом не для того, чтобы забавлять мир умозаключениями, а для того, чтобы помочь ближнему.

Еллин (собирая фолианты в мешок): Придется поискать иное место, чтобы продолжить размышления.

Апостол: Ни в каком ином месте ты истину не найдешь.

Еллин: Кто об этом может знать?

Апостол: Господь Бог. Ибо великие истины не есть плод ума человеческого. Они опускаются Господом свыше и потому так и называются — Божественные осенения.

Еллин (заинтригованно): Продолжай.