Когда все разместились в креслах, он подошел к телевизору, поколдовал там и на экране заметались яркие цветные тени.

– Батарейки в пульте, конечно сдохли, – извиняющимся тоном сообщил он. – Но все остальное – работает…

– Нет, погоди! – Игорь не мог успокоиться. – Что все это такое? – обвел он рукой обстановку.

– Это научно-исследовательский институт, в котором работал наш отец. До катастрофы, – добавил Антон, хотя смысла в этом дополнении не было. – Пойдем, братец, пообщаемся с глазу на глаз, – подмигнул он.

– А мы? – Кузьма с трудом оторвался от экрана, на котором вокруг сверкающего металлического шеста извивалась полуобнаженная девица. – Нам что делать?

– А вы отдыхайте, – Антон открыл дверцу в шкафу и в глаза ударил блеск стоящих там бутылок. – Вот напитки. Не увлекайтесь только, потому что с закуской плоховато, – он выгреб из нижнего отделения несколько пестрых пакетов. – Сухарики и орешки есть еще можно, но вот все остальное… Бр-р-р! Чипсы, по-моему, тоже прогоркли, – он пожевал что-то, извлеченное из пакета и с гримасой на лице сплюнул.

– Мы и не такое ели! – Джонс с треском разорвал один из пакетов и засунул туда лапищу. – М-м-м! Двадцать пять лет такого не ел!..

– А настоящей еды нет? – Кузьма достал из холодильника бутылку, изучил этикетку, поставил на место, взял другую…

– Сколько угодно. Но она в морозильных камерах, там надо размораживать, готовить… Потерпите полчасика.

– Да хоть час! – Джонс уже открывал бутылку, тщательно отобранную другом из числа многих.

– Пойдем, – Антон потянул Князева-младшего в коридор. – Налюбуешься еще, успеешь.

Братья двинулись по коридору дальше.

– Как это все сохранилось? – изумлялся Игорь на каждом шагу.

– Как? Обычно, – пожимал плечами Антон. – Строили, вероятно, с расчетом на будущую ядерную войну, с большим запасом прочности – вот все и уцелело.

– А электричество? Наверху же ничего не работает! И в метро – тоже.

– В целях автономности, кто мог знать, что произойдет – бункер оборудовали собственным источником энергии. Может быть – атомным реактором…

– А ты не проверял?

– Рад бы, да не могу, – улыбнулся разведчик. – Папина карточка дает допуск только на этот этаж. На всех остальных – загорается красный глазок и звучит запись: допуск недействителен. Двери же такие, что не вскрыть. Да ты видел наверху. А жаль – где-то, на одном из этих этажей, должна располагаться библиотека. И архив. Но когда-нибудь я до них все равно доберусь – вот увидишь…

Они остановились перед еще одним «аквариумом», только из матового, полупрозрачного стекла. Той же карточкой Антон отпер дверь, открыв Игорю уютную комнату с большим рабочим столом, заваленным бумагами и радужными дисками в прозрачных коробочках и без, слепым квадратом большого плоского монитора, книжными шкафами и полками…

– Это рабочий кабинет нашего отца. Большой ученый был.

– Он ведь биологией занимался, – вспомнил Игорь, оглядывая стены, увешанные грамотами, паспортами и сертификатами медалей и международных премий.

– Биохимией и генетикой, – поправил его Антон, усаживаясь в мягко просевшее под ним кожаное вращающееся кресло профессора Князева. – Творца всего этого. Одного из творцов, – поправил себя он.

– Чего именно, – Игорь осторожно взял с полочки над столом большую цветную фотографию в рамке и бережно стер пыль со стекла.

На него, с ничуть не потускневшего за минувшие четверть века снимка, глядела счастливая семья: довольно молодой, улыбающийся мужчина с удивительно знакомым лицом, серьезный мальчик лет восьми, чинно положивший ладони на коленки, и яростно выворачивающийся из рук отца карапуз. И очень красивая женщина, обнимающая мужчину и рассыпавшая длинные золотистые волосы по его плечу…

– Кто это? – перебил он продолжающего что-то говорить брата.

– Это? – Антон встал и взял из рук Игоря рамку. – Это мы с тобой, наши мама и папа. Я сначала хотел забрать ее с собой, но потом решил оставить все, как есть. Хочешь еще посмотреть? Тут у отца в столе целый альбомчик – мама, мы с тобой, бабушка…

– Ты что-то говорил про отца, – Князев-младший стряхнул наваждение. – Что-то там про творца.

– Я говорил, что отец был одним из тех, кто сотворил все это, – старший брат указал пальцем в потолок.

– Этот… институт?

– Нет. То, что наверху. Понимаешь, Игорь, – Антон отвел глаза и принялся выравнивать растрепанную пачку исписанной бумаги на столе. Здесь создавалось оружие. Новое, передовое.

– Но ведь не оно же разрушило город?..

– Вряд ли. Возможно, отчасти. Основные разрушения, конечно же, нанесли ядерные боеголовки, химическое оружие… Но ведь никакая радиация не способна вызвать такие чудовищные мутации в такой короткий срок. И тридцати лет не прошло, а природа изменилась до неузнаваемости…