– Что ты с ними сделал? — спросила я дрогнувшим от ужаса голосом.

Он безразлично пожал плечами.

– Конкуренция в моем деле велика. Если я не смогу создать самых сильных и могущественных агентов, то клиенты переметнуться к кому-то другому. Клиенты заплатят кому-то другому за свою защиту или за то, чтобы найти пропажу. Клиенты заплатят кому-то другому за убийство своих врагов. Однажды люди, которые находятся в этих клетках, обзаведутся сверхъестественно сильными искусственными конечностями, как у роботов, и необычайно прочной кожей. Они меня еще поблагодарят.

– И тебе наплевать на то, что они страдают?

– Да.

Я огляделась, стараясь не останавливать взгляд на клетках. В дальнем углу лаборатории я увидела стеклянную камеру, в которую были заключены мои друзья и папа. Я нервно сглотнула и пошатнулась. Винсент поддержал меня, не дав мне упасть. Даже на таком расстоянии я видела, что моего отца трясет от страха. Рядом с ним была Лексис, которая обнимала его, стараясь успокоить. Таннер, похоже, испытывал одновременно ненависть и страх и с вызовом глядел на всех, кто к нему приближался. Ром просто прислонился к стене, видимо он очень ослабел от транквилизатора. Его лицо не выражало никаких эмоций.

Сколько же им осталось жить? Черт возьми! Мне нужно их как-то спасти.

Винсент подтолкнул меня к пожилой женщине, которая своей строгостью и опрятностью напоминала библиотекаря.

– Привяжите ее к столу, — сказал он ей с горящими от нетерпения глазами. Это было первое настоящее чувство, которое я увидела на его лице. — И возьмите кровь на анализ.

– Сколько? — спросила она, сжав мою руку мертвой хваткой.

– Сколько понадобится. Я хочу знать, что в ее крови такого, чего не было у других.

– Тебе не нужна моя кровь. У тебя же сейчас есть препарат, — возразила я.

– Ты выжила, и я хочу знать, почему.

– Я выжила потому, что доктор, наконец, довел препарат до совершенства! — выпалила я и тут же крепко сжала губы. Я вовсе не хотела этого говорить, не хотела помогать Винсенту, но слова как будто сами сорвались с губ.

Ром как-то сказал мне, что Винсенту невозможно соврать. Милостивый Боже, вот я и попала в переплет.

– Посмотрим, — ответил Винсент. — Я сам проведу тесты. И поверь мне, ты подобного еще не испытывала.

Затем он повернулся к злобному на вид лаборанту и приказал:

– Дай мне знать, если она вытворит что-нибудь.

Объяснив, что меня ждет, он ушел.

Дин-дон. Пора пытать Белл.

В течение следующих нескольких часов меня всю истыкали иголками и замучили, подключая к различным приборам, все это время мне было ужасно больно. Я чувствовала себя изнуренной до крайности, когда, наконец, моя строгая и опрятная мучительница Марта решила оставить меня в покое. Видимо, ей хотелось, чтобы я сумела прийти в себя и была достаточно свеженькой для завтрашних пыток, которые планировалось провести после получения первых результатов анализов. Теперь я точно знала, что этих ученых волновали лишь их эксперименты. В их действиях не было место милосердию, состраданию и морали.

Надо ли говорить, что сегодняшнее обследование покажется мне просто курортом и отдыхом в пятизвездочном отеле по сравнению с тем, что меня ожидает завтра?

Я лежала на кровати в персональной стеклянной камере и смотрела на монитор, установленный на противоположной стене. Чтобы добиться моего повиновения, Винсент позволил мне видеть отца и друзей, чтобы я знала, что в любой момент с ними могут покончить. Несмотря на усталость, я старалась не засыпать. Мои синяки и травмы просто умоляли меня погрузиться в спасительное забытье, но я все равно не отводила глаз от экрана.

Как же мне их спасти? Что я могу сделать? На меня навалилась беспомощность. Она вовсю насмехалась надо мной, но я ничего не могла с этим поделать. Где теперь моя надежда? «Утрачена вместе с той кровью, что у тебя сегодня взяли», — сообщил мне мой усталый разум.

Неожиданно Ром поднялся, сделал несколько шагов и замер, стоя посередине комнаты и глядя прямо в камеру. В этот момент мы словно смотрели друг другу в глаза на самом деле. Он подмигнул мне. Изумившись, я села на кровати и стала внимательно разглядывать его лицо на мониторе. Может, Ром пытался мне что-то сказать? Тут он снова подмигнул.

Черт побери, что же он хотел этим сказать? Что могла я сделать? Думай, Белл! Я не могла устроить пожар, так как у меня над головой находилась противопожарная система, которая тут же потушит пламя. Меня в любом случае нейтрализуют, а дорогие моему сердцу люди будут наказаны за мою попытку сбежать.

Если бы Коди был здесь, я бы могла… Тут меня осенило! Коди! Я совсем о нем забыла. Сжав губы, чтобы не закричать от радости, я почувствовала, как ко мне возвращается надежда. Коди все еще мог быть где-то здесь, в электрической сети лаборатории.