Я нахмурилась.

– Ты мне позволишь? Черт возьми, ты действительно только что сказал «позволю тебе»?

– А ты заметила, что очень часто повторяешь то, что я говорю? Да, я сказал, что позволю тебе избавиться от своих способностей. А теперь, если ты не намерена сделать что-то, что я тебе делать не рекомендовал, то мне нужно идти.

О’кей, он решил устроить серьезное испытание моему самообладанию, которое и так уже было изрядно истощенным, но он не учел, что в этом испытании мне не было равных. Я не стала отвечать ему скорострельным потоком ругательств (ублюдок, сукин сын, фашист) и не стала бить его до тех пор, пока он не упал бы на пол и не начал бы плакать, как ребенок. Я просто сменила тему разговора, ничем не выдав тот факт, что я буду делать то, что посчитаю нужным, сразу после его ухода.

Тем не менее, я же не могла вести себя слишком уж открыто, чтоб он не заметил моего страстного желания остаться одной в этой квартирке.

– Куда ты уходишь? — спросила я и снова нахмурилась. — Ведь кто-то действительно может попытаться пробраться сюда тайком, пока тебя не будет.

– Мне нужно прикупить пару мелочей, которые нам понадобятся, и честно говоря, я бы лучше рискнул дать кому-то возможность влезть сюда, чем взять тебя с собой на улицу. Ты можешь запросто спалить мир дотла.

Я раздраженно взмахнула руками.

– Сколько раз еще я должна это повторить? Людям не угрожает никакая опасность с моей стороны!

Чем больше возможных катастроф он приписывает моим способностям, чем легче ему будет выполнить свою работу и отвести меня к своему боссу. Но ради Бога, я же не смогла вызвать банальный ветер! Ну и что, что мои пальцы могли гореть огнем? Я же никого не обожгла и ничего не спалила! Я продолжила его убеждать:

– Это же…

– Хватит, я больше ничего не желаю слышать, — произнес Ром, обрывая меня на полуслове. — Еще хоть одно слово и я опять свяжу тебя!

От возмущения я беспомощно хватала ртом воздух. «Он и правда это сделает», — подумала я, чувствуя, как внутри поднимается волна ярости. Он же сам говорил, что я больше не пленница, что мы поможем друг другу, а теперь угрожает связать меня. Если он только посмеет дотронуться до этой проклятой веревки, я… я…

Небольшая струя огня вырвалась из моих глаз и ударила в противоположную стену кухни.

Я вскрикнула от ужаса, с трудом осознавая то, что сейчас произошло. Ром бросился на пол. Он успел уклониться от прямого удара, но несколько искр все-таки затанцевало на его щеке, обжигая кожу. Расширенными от страха глазами я смотрела на пламя, которое начинало охватывать кухню.

– Так ты говоришь, что людям ничего не угрожает? — поинтересовался Ром, снова иронично изогнув бровь и прижав ладонь к обожженной щеке.

С ужасом, растущим по мере распространения огня по кухне, я подбежала к раковине и набрала чашку воды. Затем вылила её на языки пламени и повторила эти действия еще несколько раз. Не помогло.

Ром догадался начать тушить пожар с помощью огнетушителя. Он, конечно же, справился с пожаром, но ничего нельзя было поделать с унижением, которое я испытывала в этот момент. Боже, я действительно представляю собой угрозу для людей. Я опасна для окружающих. Возможно, Ром и его агентство правильно делают, пытаясь меня изолировать. Воздух наполнился едким запахом горелой краски. Черные клубы дыма стали подниматься к потолку, заставляя меня кашлять.

Отставив в сторону огнетушитель, Ром подпрыгнул и успел сорвать с потолка детектор противопожарной сигнализации до того, как он успел сработать. Он бросил детектор в раковину и многозначительно посмотрел на меня.

– Все еще думаешь, что мир в полной безопасности от тебя? — жестко спросил он.

– Нет, — я ответила уныло. — Я и впрямь выродок какой-то.

– Но ты очень симпатичный выродок. Меня не будет не больше часа, о’кей? Постарайся контролировать себя все это время.

– Хорошо, — мои плечи поникли. Я могла запросто убить Рома, могла сжечь его заживо. Мне хотелось убежать от него — ведь хотелось же? — но я не собиралась уничтожать его. Он даже толком ни разу не причинил мне серьезного вреда.

Ром тихонько вздохнул и в следующее мгновение взял мое лицо в свои ладони, заставлять поднять голову и встреться с ним взглядом. Ощущение его пальцев на моей коже было просто великолепным. Они были грубыми и шершавыми, но при этом чрезвычайно возбуждающими. Такие чувственные. Теплые и сильные. Но наиболее удивительным было то, что они словно успокаивали меня. По моему телу пробежала легкая дрожь. Теплое покалывание от его пальцев просочилось под мою кожу и, казалось, достигло каждого нервного окончания в моем теле.

– Белл, — нежным, как и его прикосновение, голосом, произнес он.

Я медленно подняла на него свой взгляд.

Он наклонился ко мне. Дыхание застряло где-то в моем горле, обжигая легкие.

У меня была возможность воспротивиться и отвернуться, когда его губы приблизились к моим, но я не сделала ни того, ни другого. Просто не смогла, потому что внезапно я всем своим существом страстно захотела, чтоб он поцеловал меня. Ром был опасным и волнующим, а, судя по последним событиям, у меня могло просто не быть никакого «завтра». Я даже не представляла себе, что со мной будет в течение следующего часа. Так что я позволю себе испытать это удовольствие без особой вины. Не колеблясь. Не останавливаясь. Я буду смаковать его, наслаждаться каждой секундой, и не важно, что это может плохо для меня закончиться. Очень вероятно, что это станет последним хорошим событием, которое произойдет в моей жизни.