– Давай, детка. Ты можешь. Я знаю, что ты можешь.

– Я пытаюсь, черт побери, — проворчала я.

– Ой, я думаю, что ты сейчас пожар устроишь, — сухо ответил Таннер.

Ванна с пеной и шоколад. Шампанское и розы. Я медленно вдохнула, потом медленно и со свистом выдохнула. Спокойно, я совершенно спокойна, черт возьми. Подождите. Мне же нужно чувствовать себя печальной. Я попыталась представить себе жизнь без Рома, — хотя в этот момент, меня эта мысль не слишком печалила. Он жутко властный! То грусти, то радуйся. Почему бы ему не оказаться на моем месте и попытаться отдавать приказы самому себе…

– Ой! — Таннер отпрыгнул от меня, прервав нашу связь. — Вот это да, ты меня обожгла! Если у меня останется шрам, то я тебя засужу.

Я заморгала и посмотрела на свои руки. И, конечно же, кончики моих пальцев загорелись. Гнев, — черт его подери! Было бы чудесно, если бы Ром снова проник в мое сознание и помог избавиться от этого чувства. Хотя я не знала, как ему это удалось прежде. Я помахала руками и потушила огонь.

А Таннеру сообщила:

– Если у тебя останется шрам, то девушки будут тебя обожать.

Его лицо просветлело.

– Неужели?

Я посмотрела своими карими глазами в голубые глаза Рома.

– Это не работает. Я эмоциональный человек, но я не могу себя заставить чувствовать эмоции по заказу. Черт, я же не просила этих способностей.

Он сложил руки на груди.

– Но ты их получила, так что теперь нужно научиться их контролировать.

– Это слишком сложно.

– С опытом станет легче.

– Но сейчас-то мне от этого никакого проку!

– У нас еще полно времени. Мы продолжим тренировки. Ты сумеешь. Я в тебя верю.

Его похвала меня смягчила. Почти.

– Ничего не изменится от тренировок в следующие несколько часов. Я связалась с Таннером, он замечательно справляется, чувствуя мои эмоции. Но я не могу их контролировать.

– Я хорош, верно? — с улыбкой вмешался Таннер.

– Прекрати ныть, Белл, — безжалостно сказал Ром. — Просто закрой глаза и попытайся еще раз.

Он всегда был таким тираном, решительно настроенным достичь своей цели?

– Нет.

– А Таннер не сдается, — заметил Ром.

Я прищурилась. Ой, как низко. Ненавижу, когда меня с кем-то сравнивают. Особенно с этим сопливым остряком. Я сложила руки на груди. Посмотрим, понравится ли ему ответный удар.

– Хочешь, чтобы я продолжила, тогда расскажи мне о своих способностях и как ты научился их контролировать.

– Белл, — предупреждающе сказал он.

Я выставила ультиматум и не собиралась идти на попятную и снимать свое требование. Я хотела узнать хоть что-то о его способностях. Черт, да я заслуживала получить эти сведения. И если приходилось вот так заставлять его открыться, пусть будет так.

– Ладно. Не говори ничего. Увидимся в хижине, — послав ему сладкий воздушный поцелуй, я развернулась, схватила Таннера за руку и пошла к хижине.

К моему удивлению парень повиновался очень неохотно.

– Я хочу, чтобы ты снова обожгла мои руки, мне нужен шрам, — ныл он.

– Идем, и я обожгу всё твое тело.

Ром зарычал:

– Раз ты так хочешь знать, то я тебе покажу.

Я застыла, а потом медленно развернулась. Мое сердце колотилось у самых ребер.

– Иди внутрь Таннер, — сказал он, глядя на меня.

– Я тоже хочу увидеть.

– Иди в дом. Ты уже научился выполнять свою работу. Теперь я собираюсь сделать свою. Я сам буду помогать ей справляться с эмоциями. Иди в дом, — повторил Ром.

– Без меня ты не сможешь понять, когда нужно ее успокаивать и насколько сильно.

– Таннер, шагом марш!

– Но я хочу увидеть твои суперспособности. Я могу и в окошко посмотреть, так что, может, мне ос…

– Я старался быть вежливым, Таннер, — лицо Рома потемнело от ярости. Ноздри раздулись, радужка глаз стала кристально голубой и теперь резко контрастировала с черными зрачками. — Это не шутка. И не игра. Иди в дом, или я тебя загоню туда пинком под зад.

Таннер, ни слова не говоря, вбежал в дом.

Я едва не последовала вслед за ним. Я почувствовала комок в горле, когда Ром направился ко мне. По телу побежали мурашки от страха, воздух вокруг меня стал прохладнее.

– Я покажу тебе свою способность, — сказал он обманчиво спокойным голосом, стиснув вдруг ставшие острыми зубы, — и ты пожалеешь, что напросилась.

Наверное, где-то на подсознательном уровне я все-таки ожидала увидеть нечто подобное тому, что потом сделал Ром, а вот другая часть меня отказывалась мыслить в нужном направлении. А ведь я должна была раньше догадаться об этом. Почему же мне это раньше в голову не пришло? Неужели мой мозг настолько избирательно работает?