Почти одновременно из разных проходов высыпали охранники.

Тьфу ты, неужели они нас ждали?

Все пути к отступлению были сразу же отрезаны.

– Сдавайтесь, вы окружены, – сообщил тот же голос.

– Сдаемся? – полюбопытствовал я, обращаясь к Наташе.

И заметил в ее глазах огонек азарта.

– У нас нет другого выхода, – ответила она.

Только вот что она имела в виду, я так и не понял, поскольку наша проводница тут же рванулась вперед. Охранники, имевшие неосторожность оказаться у нее на дороге, повалились без сознания.

Я издал победный клич и бросился за ней, не забыв схватить за руку Марго.

Люди Компании опешили. Мне показалось, что мы все же прорвемся.

Кто-то встал у меня на пути.

– Как вам не стыдно осквернять святыни! – заорал я на него, и охранник с перепугу шарахнулся в сторону. Мы с Марго проскочили мимо него, стараясь поспеть за Наташей.

А она продолжала раздавать свои невидимые удары, расчищая перед собой дорогу.

Но охранники начали приходить в себя. В ту сторону, куда рвалась наша проводница, хлынуло подкрепление. Она двигалась вперед все медленнее, потом и вовсе остановилась. Людей Компании было слишком много. Я отпустил руку Марго и тоже ввязался в драку, стараясь обезопасить Наташу хотя бы с тыла.

Через несколько секунд в храме началась настоящая свалка. Образовалось три очага, вокруг которых собирались охранники. Марго, кстати, тоже стоила многого. Браслет на ее руке засветился синим, и время от времени до меня доносился треск, похожий на электрический разряд. Тогда кто-нибудь из ее противников судорожно взмахивал руками и либо валился под ноги остальным, либо надолго терял ориентацию и потом натыкался на стены.

Вообще-то я еще с Менигуэна подозревал, что этот браслет – совсем не простое украшение. Уж слишком Марго была привязана к нему. Да и парень, напавший на нее, когда мы возвращались из ресторана, как-то странно вел себя. Сейчас же я увидел подтверждение.

Постепенно нас стали оттирать друг от друга. Очень скоро я вовсе потерял Марго из виду, а где находится Наташа, угадывал лишь по чрезвычайно большому скоплению народа. Правда, мне было не до наблюдений.

Пол уже устилали тела. Кто-то лежал без сознания, некоторые пытались встать. Возможно, были и трупы. Но ряды наступавших не редели.

Я полностью погрузился в такое состояние, когда все делаешь автоматически. Удар, уход, разворот, перекат. Снова удар. Только одна мысль мелькала где-то на периферии сознания.

Все напрасно.

Не могу сказать, сколько это все продолжалось. Очнулся я, лишь когда по храму прокатился тяжелый рокот.

Охранники тоже остановились, прислушиваясь. Было в том рокоте что-то, заставившее всех вздрогнуть и невольно поежиться. Словно повеяло откуда-то холодом сверхъестественного.

Но это была лишь прелюдия.

Ярчайшая молния прорезала воздух, начинаясь где-то под куполом и заканчиваясь у алтаря. Вместо грома по барабанным перепонкам ударило:

– Довольно!

Возле алтаря, там, где секунду назад никого не было, теперь стоял человек.

– Прекратить!

Голос словно наполнял сразу весь храм, шел отовсюду. Охранники затряслись.

– Как вы смеете поднимать друг на друга руку в храме! Вон отсюда!

Ряды охранников дрогнули.

Не знаю, насколько верующими были люди Компании, но через несколько секунд зал опустел. Остались только те, кто лежал без сознания.

Взгляд новоявленного божества обратился ко мне.

– Алексей! Настало время поговорить.

– Ага, – хмыкнул я. – Время – для разговора лучше не придумаешь.

А как еще отвечать, когда даже боги оказываются старыми знакомыми?

Клод подошел ко мне. Я наблюдал за ним с усмешкой, а в памяти прокручивался рассказ Марго.

– Значит, боги?

– Хорошо держишься, – отметил Клод. – Да, нас часто называют богами. Но я такой же бог, как любой из них, – он обвел рукой тела.

– А я ломал себе голову, куда ты подевался после нашего разговора на Менигуэне. Да и на яхте…

В действительности мне было не по себе. Люди, появляющиеся из ниоткуда, – это уже не шутки. Какие же у Клода возможности?

– Алексей, я предлагаю тебе стать одним из нас, – просто сказал бог. Ничего себе предложение!

– То есть как?

– Если ты соглашаешься, то я буду твоим наставником. Я обучу тебя всему, чем владею сам.

– И что требуется от меня взамен? Клод усмехнулся:

– Мы не занимаемся коммерцией. Я тебя обучу потому, что у тебя к этому есть склонности.