— Все нормально, товарищ майор. Разрешите идти?

— Да что я, в самом деле, пристал к человеку, — сокрушенно сказал Ильин. Очень натурально у него получилось, разве что руками не всплеснул. — Ступай, лейтенант, ступай, конечно.

И уже когда Аношкин взялся за аляповатую, под бронзу, дверную ручку, спросил:

— Командировочное в Таёжном-то отметил, Серёжа?

Сергей коротко глянул на майора через плечо, открыл дверь и вышел. Не ответив.

— … Да нет же, Сергей, никаких параллельных миров. Хотя и они есть, наверное. Мы все живем в одном мире, в одном времени, на одной Земле. Одновременно.

— А почему же я никому на голову не наступаю, — спросил Сергей.

— Или мне? А, понял, это как человек и микроб какой-нибудь, да? Я ведь микробу на голову не наступлю, а находимся мы вместе, одновременно, в одной комнате.

— Скорее, не так, — сказала Татьяна. — Школьную физику помнишь?

— Нет, — честно ответил Аношкин.

— Это уж помнишь. — Татьяна утвердительно кивнула. — Атомы, протоны, нейтроны, электроны, до бесконечности, известные и не известные еще частицы — все существуют одновременно и в одном пространстве и… не мешают друг другу, если можно так выразиться. Вот и здесь. Словами вообще сказать трудно, это немного другой уровень информации. Я тоже очень мало понимаю. Могу взаимодействовать на информационном уровне с их миром, с еще некоторыми.

— А что это вы так говорите, не как ведьма, а как профессор? — спросил Сергей, чтобы просто отвлечься.

— Я и есть профессор, — улыбнулась Татьяна. — Точнее, была. В прошлом.

— Понятно… — протянул Аношкин, по-прежнему ничего не понимая. — А Рита?

— Рита… Иногда в нашем с тобой мире появляются люди, которые необходимы миру соседнему. Или мирам. И способные к переходу в более естественную для них среду. В основном это дети до определенного возраста, чаще всего лет до тринадцати. Реже взрослые. Некоторое подобие диффузионных процессов, ясно?

— М-м-м…

— Так вот, Рита, — продолжала объяснять профессор-ведьма, — способна сыграть в их мире важную роль в энергетических процессах.

— Почему? — спросил Аношкин.

— Это опять грубо, — ответила Татьяна, — как груба всякая аналогия, но мы, люди, тоже не можем обходиться без энергии: сначала это, скажем, была энергия костра, потом — расщепленного атома…

— Так Редиска что-то вроде атомной электростанции?!

— Я же говорила, всякая аналогия шершава и приблизительна.

— И ни хрена не объясняет, — добавил Аношкин.

— Сергей, не ругайтесь, пожалуйста! — голос Татьяны стал строгим, как у директора школы.

Аношкин смутился.

— Но примерно так, — согласилась Татьяна. — Хотя, скорее, Рита — батарейка. Очень сильная батарейка, вечная — в нашем понимании.

Она даже в нашем мире способна, как бы это сказать, зарядить некоторые предметы.

— Ага, — понял Аношкин, — вроде как с моим «макаровым»: она что-то с ним сделала, и я этих уродов в поезде замочил.

— Господи, что за жаргонизмы, — вздохнула Татьяна.

— Да, Таня, скажите, а что это за… ну, за уроды были в поезде?

— Энергия, Серёжа, это ресурс, да? Все войны всех миров происходят из-за ресурсов. Понимаешь? Рита со временем станет очень важным энергетическим ресурсом. И не только для ее мира. Для многих других — тоже. Странно, кстати, что ты их вообще заметил, этих, как ты говоришь, уродов. Во время нападения на вас они ведь находились в несколько ином… э-э… информационно-энергетическом пространстве.

— Это Редиска помогла, — уверенно сказал Аношкин.

— Да, — согласилась Татьяна, — скорее всего.

— И пистолет мне зарядила этим лучом, — продолжал Аношкин, не слушая. — Я, Татьяна, понял, она знала, что на нас, точнее, на нее нападут! И сказала потом, что с пистолетом у меня все нормально. Это значит: ее заряд кончился, и он опять будет стрелять без этих лазеров. Патронами. Да и это не важно, — отмахнулся сам от себя Сергей. — Я все хотел спросить, почему она от них всех убегала?

— Она очень любит своего отца, — просто ответила Татьяна. — И не хочет уходить.

— А куда он пропал? А мать ее где? — Аношкин даже отодвинул от себя стакан с чаем, ожидая ответа.

— Понимаешь, Сергей… понятия нравственного и безнравственного, морали вообще у нас с ними очень разнятся. Они более прагматичны, если так понятнее, более функциональны. Рита им необходима как составляющая их вселенной, и, по их мнению, до определенного физического… возраста «составляющая» не имеет права на свободу выбора.