Зилла громко чихнула.

— Если вы не возражаете, леди Фрэликс, ужин будет подан в малой столовой в восемь часов. А завтра мы с Озеном и Джеммой начнем приводить ваш дом в порядок. Как полагаете, лучше начать прямо отсюда?

— Если Озен будет так любезен и поможет мне поместить моих маленьких друзей в клетки, — сказала леди Фрэликс, — мы могли бы взяться за дело сразу после завтрака. Боюсь, для бедняжки Джеммы тут было так много работы, что она не справлялась. Однако есть в этом доме одна-две комнаты… В общем, я бы предпочла, чтобы вы их не трогали.

— Очень хорошо, мадам, — произнесла Зилла как можно более безразличным тоном. «Ага!» — подумала Озма.

Птицы сидели у леди Фрэликс на голове и на плечах. Дергали за редкие прядки седых волос. Неудивительно, что она почти лысая.

Зилла оказалась хорошей, пусть и не изобретательной кухаркой. Она приготовила рагу, филе палтуса и хлебный пудинг со свежим козьим молоком и медом — потому что Джемма сказала, что у леди Фрэликс уже не очень хорошо с зубами. Озма помогла матери принести блюда в столовую, которая оказалась меньше и куда менее элегантной, чем столовые в Абале, где дамы в роскошных платьях подкидывали Озме лакомые кусочки со своих тарелок. Столовая была ничем не примечательна и не очень-то хорошо обставлена. А еще тут было полно призраков. Куда ни ступишь — повсюду они. Даже в пустых бокалах для вина и в серебряной супнице, стоявшей посреди стола, были призраки.

Зилла осталась прислуживать леди Фрэликс. Озма поела на кухне вместе с Джеммой и ее отцом, крупным стариком, который молча уплетал рагу тарелку за тарелкой. Зато Джемма болтала без умолку, хотя интересного в ее россказнях было мало. С ее слов леди Фрэликс никогда не была замужем. Она занималась наукой и собирала всякие священные реликвии и прочую старину. В молодости она немало попутешествовала. Наследников у нее не было.

Озма поднялась наверх, собираясь лечь спать. Зилла заменяла леди Фрэликс горничную, или шарила по потайным ящикам, или, что наиболее правдоподобно, снова пошла в храм ставить свечи. Джемма вошла в маленькую темную спальню и разожгла огонь в камине, Озма неохотно поблагодарила ее. Потом воспользовалась ночным горшком и старательно помылась у огня при помощи губки и тазика с водой. Она проделала все это за ширмой, чтобы констебль не видел, хотя в пути она так не скромничала.

Констебль был сегодня неразговорчив, да Озма и сама была не в настроении болтать. В голове у нее вертелась тысяча вопросов, которые хотелось задать матери, если только хватит смелости. Проснувшись среди ночи, она услышала странное потрескивание, а камин выплевывал длинные языки зеленого пламени. Зилла сидела на корточках и что-то бросала в огонь. Она сжигала свои инструменты для призраков: длинные иглы, черную шелковую нить, тюбики, мази и все свои записные книжки.

— Спи, Озма, — промолвила Зилла, не оборачиваясь.

Озма закрыла глаза.

На следующий день ее разбудила мать.

— Который час? — спросила Озма. За окнами едва забрезжило серенькое утро.

— Пять часов. Пора вставать, одеваться и умываться, — сказала Зилла. — У нас уйма работы.

Пока Озма искала метлу, щетку, совок и тряпки, Зилла приготовила кашу с изюмом и финиками.

— Прежде всего, — сказала Зилла, — надо избавиться от паразитов.

Она распахнула входную дверь и принялась выметать призраков из зала через прихожую, по ступенькам и на улицу. Они кружились перед ее метлой белыми изумленными облачками.

— Что ты делаешь? — спросила Озма.

— Это приличный дом, — сказала Зилла. — А мы приличные люди. Стыдно, когда в доме кишит эта гадость.

— В Абале, — начала Озма, — в домах было модно держать кучу призраков. Ты же сама и ввела эту моду. Почему в Бриде все должно быть иначе? Что мы тут вообще делаем?

— Подметаем, — отрезала Зилла и всучила Озме щетку и совок.

Они прошлись по малой столовой и большой столовой, по комнате для завтраков и двум гостиным, которые показались Озме чуть поуютнее прочих помещений. Повсюду были видны следы давних путешествий леди Фрэликс: ракушки, сувенирные пресс-папье, музыкальные шкатулки и подставки для зонтиков, сделанные из ног каких-то очень странных существ. И все это было захвачено призраками. В бальной зале призраки клубились и вились вокруг их щиколоток, как туман. У Озмы даже пальцы зачесались, так хотелось нащупать привычные ленточки и талисманы.

— Почему их тут так много? — спросила она.

Но Зилла только покачала головой. Когда часы пробили восемь, она наконец остановилась и сказала:

— Пока хватит. Сейчас леди Фрэликс оденется, и я отнесу ей поднос с завтраком, а потом она хочет, чтобы ты помогла ей ловить птиц и сажать их в клетки.

Но оказалось, что леди Фрэликс и сама прекрасно справляется с ловлей птиц. Они подлетали и садились ей на палец, а она кормила их крошками от тостов. А потом она заперла их в клетках. Помощь Озмы ей не потребовалась. Девушка сидела на скамеечке у пианино и наблюдала. От выметания призраков руки у нее покраснели и покрылись мозолями.

— Им нужна свежая вода, — провозгласила под конец леди Фрэликс.

Озме пришлось носиться от кухни к гостиной и обратно с маленькими блюдцами воды. Потом она помогла леди Фрэликс занавешивать клетки тяжелыми бархатными покрывалами.

— Зачем вам так много птиц? — поинтересовалась она.

— А почему ты носишь в кармане призрака? — спросила в свою очередь леди Фрэликс. — Твоя мать о нем знает? Кажется, она не жалует призраков.

— А откуда вы узнали, что у меня есть призрак? — удивилась Озма. — Вы тоже их видите? Почему у вас в доме так много духов? В Абале мы ловили их для богатых дам, украшавших ими свои наряды, но те дамы только притворялись, что могут видеть своих призраков. Это было модно.