– Тоже выше всяких похвал, - улыбнулся собеседник.
– Когда ты отдал нам права на все трофейное имущество с "абордажей" на комете, у людей образовался очень сильный стимул. Инициатива цветет буйным цветом и приносит по три "урожая" в день. Эридановцы с вольниками из приданного усиления так вообще лютуют! Рейдеров буквально потрошат на информацию - никаких угрызений совести от того, что после завершения "разговора" мясо приходится укладывать в регкамеру на три-четыре дня.

– Думаю, и у тех, и у других есть для этого веские причины...
– пожал плечами парень. Оснований окорачивать техников "Пиночета" и бывших вольников он не видел. Рейдеры вполне осознано поставили себя вне закона и теперь пожинают плоды.

– Это так, - согласился полковник.
– Собственно я обратился не по этому поводу... У нас тут наметились трудности... Хотя мы не трогали согласно твоему приказу никого кроме конгломератов вольников и рейдеров, сегодня на меня вышли контрабандисты. Местные кланы гангов очень недовольны той резвостью, с которой мы снимаем с кометы "мирное" население.

– Пока только недовольство?
– уточнил Ылша.

– Прямо никто не угрожал, - подтвердил Тарас Арнольдс.
– Но, думаю, еще день-два и последует ультиматум. Они начинают осознавать, что напрочь лишаются своего "живого щита"! Здешнее сообщество преступных кланов живет и здравствует, кормясь с потока контрабандной обогащенной руды из корпоративных сырьевых колоний. О них знают все заинтересованные лица начиная с инспекторов корпораций и заканчивая Правлением Биржи, но ничего поделать с ними не могут. Во-первых прикрытие и "мохнатая лапа" из регионального директората корпораций, во-вторых любая силовая операция выливается в уничтожение окопавшихся вольников, которые попадают под раздачу за компанию и чаще всего первым номером. Так что полицейские силы встречают ожесточенное сопротивление идущих до конца людей и многочисленные пуски малозаметных брандеров, зараженных самыми опасными нановирусами, в сторону складов Биржи и Нового Перла от кланов контрабандистов... Сейчас же, - продолжил полковник, - становится все яснее, что "лавочке" конец: вольники уходят... скажем в другую систему привлеченные отчасти щедрыми посулами "Пиночета". Перед гангами встает перспектива остаться с властями колонии один на один.

– Они выявили наш основной интерес на могильнике?

– Подтверждающих это фактов или разведданных нет. Среди барыг вольников ходят слухи, что кланы контрабандистов предполагают выступить единым фронтом с остатками рейдеров. Атаковать они хотят конгломераты. Здесь у них два интереса: захватить как можно больше рабов из числа еще не ушедших на "Пиночет" вольников и сковать наши отряды многочисленными разрозненными уколами. Местные условия они знают много лучше нас - такой план имеет все шансы на успех... если бы мы действительно были заинтересованы только в людях и отторжимом судовом имуществе.

– Тот кто с вами разговаривал оставил частоту для связи?
– вопроса "как ответить на завуалированную угрозу" перед Ылшей не стояло. В его распоряжении была превосходящая все возможные средства контрабандистов сила и готовность ее применить.

– Да.

– Хорошо. Обеспечьте соединение используя в качестве ретрансляторов "Пиночет" и абордажные боты - ганги не должны отследить исходящий с "Драккара" сигнал... Кстати, над могильником чужие есть?

– Кроме ремдока на самой границы закрытого и патрулируемого нами объема никого нет. Мы полностью контролируем пространство развернув заградительные сети из патрулей КИПов, дронов, минных кластеров и "Ябед". То, что наша группировка пополняется судами-носителями никто кроме астроконтроля и пикета не знает. В контракте ведь оговорен полный запрет на полеты и связь в контролируемом нами объеме.

– Это радует, - выдохнул парень.
– Значит, прописанные штрафные санкции пока сдерживают Правление... Что с запросом?

– Запрос на соединение прошел. Их оператор в данный момент устанавливает коннект внутри собственной сети... Ты хочешь разговора один на один, командир?

– Нет. По итогам от вас, полковник, потребуется выделить четыре группы для охраны и наблюдения за нашим имуществом, так что иметь полную информацию о переговорах и достигнутых договоренностях вам будет необходимо и полезно.

– Есть соединение... переключаю.

– Здесь лейтенант Флота РИ Ылша Мечев, владелец наемного отряда СН РИ "Рожденные Небом". С кем я говорю? Представьтесь, - контакт был чисто голосовой, не то что с полковником, изображение которого проецировалось непосредственно на сетчатку глаз парня.

– Я клан-лидер Дэвид Борух...

– Вы говорите от лица только своего клана или всего конгломерата контрабандистов?
– абсолютно невежливо перебил ганга Ылша. Ему требовалось захватить инициативу в разговоре и задать нужный тон.

– Я глава уважаемого клана...

– Мне нет дела до взаимного уважения в вашей среде! Я буду говорить только с человеком, которому для решения вопросов не потребуется консультация с другими людьми. С человеком, у которого как и у меня в руках сосредоточена реальная власть. У вас есть такая власть, Дэвид Борух?

– Я клан-лидер...
– уверенности в голосе клан-лидера поубавилось. Оно и понятно - за других лидеров гангов он говорить не мог.

– Я не спрашивал про твой статус, ганг, - почти презрительно бросил в ответ Ылша.
– Я спросил про власть. У меня, например, достаточно туннельных ускорителей чтобы испарить солидный кусок кометы. А еще у меня есть перечень координат выбитый из рейдеров и вольников. Что ты на это скажешь?