–  Еще нет, но ее рана смертельна; очень скоро ее дух отправится во владения Гадеса, - надломленным голосом произнесла Нера.

–  Нет! Ей не судьба умереть сегодня!

–  Богини судьбы рассудили иначе, - чуть слышно сказала Аэрас.

–  Тогда мне плевать на богинь судьбы!

–  Страж, что ты собираешься делать?
– спросила Флога.

–  Я потребую то, на что имею право от рождения.

Крепко держа в руках безвольно повисшее, истекающее кровью тело Микадо, он двинулся мимо стихий, но мягкая рука Джии коснулась его руки, вынудив остановиться. Когда Астерий посмотрел на нее, Земля твердо встретила его взгляд и спросила:

–  Чем я могу помочь тебе?

Астерий поколебался лишь долю мгновения.

–  Иди в храм. Может быть, сила стихий поможет моей мольбе достичь ушей Кроноса.

Не медля более и не интересуясь, следуют ли за ним стихии, Астерий стремительно направился к храму Гекаты, яростно грохоча копытами по мраморной дорожке. Он старался не думать о том, что Микадо совсем неподвижна и что слишком много ее крови пролилось уже на него. Зверь просто мчался вперед.

Он взлетел в храм, перепрыгивая разом через три ступени, и резко остановился перед священным огнем Гекаты. Опустившись на колени, Астерий осторожно положил Микадо рядом с огнем. Он услышал, как следом за ним в храм торопливо вбежали служанки. Они быстро заняли свои места, образовав привычный круг.

–  Она еще жива?
– спросила Джии.

Астерий посмотрел на свою возлюбленную. Глаза Микадо были закрыты, лицо побелело. Кровь все еще лилась из длинного широкого разреза, пересекшего ее шею, но грудь поднималась и опускалась в судорожном дыхании.

–  Жива,- ответил он.

–  Сделай что сможешь, Страж. Мы не хотим терять еще одну Эмпузу, прежде чем того потребует судьба, - сказала Джии.

Он поднял голову и посмотрел ей в глаза.

–  Тогда создайте священный круг, стихии.

–  Ты ее любишь, правда?
– неожиданно спросила Флога.

Астерий быстро перевел взгляд на Огонь.

–  Да.

–  И ты хочешь ее спасти, чтобы потом увести от нас?
– задала следующий вопрос Огонь.

–  В день Бельтайна, кельтского праздника костров, жрица нашего мира встретит свою судьбу, - сказал Астерий.
– Я клянусь вам в этом.

–  Несмотря на то, что ты ее любишь?
– спросила Аэрас.

–  Не так давно вы видели, как я сражался с Эгоизмом. И я не впервые встречаюсь именно с этим Похитителем Грез. На этот раз я победил. Я не принесу в жертву сны и мечты всего человечества ради себя самого во второй раз.

Астерий посмотрел на Микадо и нежно коснулся ее щеки.

–  Ты не зверь, - тихо произнесла Джии.

–  Я зверь, - ответил Астерий, не глядя на Землю.
– Но я также и человек, и любовь Микадо сделала человека сильнее зверя.

–  Тогда четыре стихии помогут тебе спасти твою любовь.
– Джии бросила взгляд на Аэрас.
– Начинай, Ветер.

Аэрас раскинула руки.

–  Я призываю Ветер в священный круг! И тут же воздух ожил.

Следом Флога точно так же широко развела руки, взывая к своей стихии:

–  Приди ко мне, Огонь!

–  Вода! Я призываю тебя явиться ко мне!
– воскликнула Нера.

–  Земля! Я взываю к тебе: заверши круг и увеличь силу нашего Стража, замкнутого в круге!
– громко сказала Джии.

Астерий почувствовал, как сквозь него потекла сила стихий. Он наклонил голову и протянул руки, испачканные кровью его любимой. Голосом, усиленным Ветром, Огнем, Водой и Землей и зверем, скрытым в нем, он закричал, обращаясь к далеким небесам:

–  Кронос! Великий бог мира и неумолимого времени! Титан, отделивший Небо от Земли… Отец! Я зову тебя твоим древним именем и так, как дает мне право моя кровь! Я прожил многие века и никогда прежде ни о чем тебя не просил. Ни о признании либо власти. Ни о любви либо приятии. Но сегодня я взываю к тебе по праву рождения и прошу: даруй мне силы спасти эту смертную. Ее жизненная нить оборвалась прежде времени… она еще не спрядена до конца!

Священный огонь дрогнул, и в его мигающем свете появилось мужское лицо - лишенное возраста, но резко очерченное, словно высеченное из камня временем и опытом. Это лицо Астерий узнал бы когда и где угодно, потому что оно было точным отражением его собственного.

–  Отец… - Астерий склонил голову.

Титан не стал приветствовать Минотавра. Вместо того он кивком указал на Микадо.

–  Это и есть та смертная, которую тебе хочется спасти?

–  Да, это она.

–  Это Эмпуза, жрица Гекаты?
– спросил Кронос.

–  Да.

–  Тогда ее спасение будет лишь временным.

–  Она еще не прожила предназначенное ей время. Бельтайн еще не наступил, - возразил Астерий.

–  Что с ней случилось?
– поинтересовался титан.

–  Ее ранил предводитель Похитителей Грез, Ненависть. Я не могу допустить, чтобы она умерла от прикосновения этой твари.

Кронос наконец посмотрел на сына.

–  Ненависть убила ее, но ты хочешь, чтобы ее спасла любовь?

Астерий стиснул зубы, но кивнул.

–  Хочу.