Швед с удовольствием кивнул. Брошенная Бройбергом девушка потерянно стояла в стороне, среди толпы пассажиров, и жалобно смотрела в его сторону, пытаясь поймать хотя бы один его взгляд.

Скорее бы мы приехали!
– взмолилась Маша. Но перегоны на этой линии не слишком короткие, и путь еще довольно далек...

– А ты куда направляешься?
– спросила она Леонида.
– Насколько я помню, ты жил в Сокольниках. Следовательно, едешь не в ту сторону.

– Я и теперь там живу, - радостно сказал Бройберг.
– Как же ты хороша!.. Вылитая богиня Артемида в пушкинском музее!.. Один в один! Я тебя обожаю! А еду я к даме сердца. Неужели непонятно? Красота слишком часто соседствует с недалекостью, а иногда с настоящей туповатостью.

– У тебя чересчур любвеобильное и многоместное сердце!
– съязвила Маня.
– Как Большая спортивная арена в Лужниках.

– Сходите?
– грубо спросила Леонида толстая тетка в нутриевой шубе, делавшей ее раза в два объемнее.

– Сходят только с ума, - ласково заметил Бройберг и посторонился.

– Не знала!
– холодно поделилась откровенная леди.
– Вам, вероятно, это лучше известно.

И с непонятной ненавистью осмотрела Машу. Очевидно, она слышала сравнение с Артемидой и вполне разумно считала, что двоих мужиков на Манину долю более чем достаточно...

– А вам до какой станции?
– осторожно спросила Маша.

И, конечно, услышала:

– До "Университета".

Сколько же еще ей выносить этот ужас?.. Нет, она уже натерпелась, хватит, пусть Ленька сам разбирается со своей дамой сердца, а у Маши есть ее законный, родной, любимый ею жених... Бройбергу - бройбергово...

И Маня снова решительно подхватила Бертила под руку и отвела в освободившийся уголок.

– Здесь удобнее, - сказала она.
– Леонид - хороший человек, но иногда очень надоедает. Он любит поболтать.

– Он влюблен в тебя, Мари?
– утвердительно спросил швед.
– Он влюблен и страдает!

Вот оно, пресловутое мужское единодушие, не зависящее ни от национальности, ни от возраста, ни от обстоятельств! И все вполне логично.

– Да ну что ты!
– безмятежно махнула рукой Маша.
– Тебе показалось! А страдать он вообще не умеет. Это ему не дано! Он легкомысленный от природы. Видишь, едет с красивой девушкой, к ней домой, а дома у него есть жена... Тоже ничего себе... И еще молодая...

– Это не имеет никакого значения, Мари, - серьезно сказал Бертил.
– У меня было много жен...

– Да, ты у нас тоже специалист по женам, - пробормотала по-русски Маша и тотчас извинилась: - Прости, я хотела сказать, что ты плохо его знаешь...

– И ты тоже, - справедливо заметил Берт.

Как они все надоели ей сегодня... Просто нет никаких сил... Она хочет только одного: бросить их всех, однажды и навсегда, послать их всех подальше, грубо и однозначно, и метнуться на вокзал, ворваться в поздне-вечернюю, теплую и грязную электричку... И промчаться знакомым проспектом, взлететь без остановки на четвертый этаж, вбежать в квартиру и повиснуть у него на шее... И увидеть его темные глаза, лохматую голову, и вдохнуть в себя запах его лосьона, его волос, его рук... Вот сейчас, немедленно, бросить все и метнуться на вокзал...

Бертил пристально наблюдал за ней.

Выходи замуж и уезжай!.. Так сказала недавно Инна Иванна. Прочь отсюда как можно скорее и дальше! И выброси из головы глупости, забудь думать раз и навсегда обо всех на свете Мытищах, электричках и своих сомнительных родственниках! Здесь ты окончательно запутаешься, изверишься и сойдешь с ума! У тебя есть прекрасный вариант!

Прекрасный...

Маша взглянула на Бертила, с трудом удерживаясь от слез.

Мама, он у тебя тоже был... Это прекрасный вариант наоборот... "Если хочешь сойти с ума, лучше способа нет..."

Масяпка, родненькая...

Все хорошо, Берт, все просто отлично!..

Наконец в микрофон объявили долгожданную станцию. Маша облегченно вздохнула, но тут же с тревогой подумала: а вдруг милая пассия огромного сердца Леонида живет по соседству с Машей?.. Или вообще в одном доме...

Маша плохо знала даже соседей по подъезду. Была ненаблюдательна, невнимательна и в последнее время не часто ночевала на Университетском, нередко оставаясь у Инны Иванны. Ночевать в пустой квартире Маша не любила, побаивалась, ночами вздрагивала от любых посторонних непонятных звуков, просыпалась, вставала, зажигала свет... А теперь появился Вовка...

Бройберг весело и загадочно посмотрел на Машу.

– Мария, Леночка хочет пригласить вас с Бертилом к себе! Посидим, поболтаем, выпьем чаю...

Значит, ее зовут Леночка... И только ее милого приглашения именно сейчас Маньке как раз очень недоставало...

Хитрый Ленька тотчас повторил свое приглашение на дурном английском, повернувшись к Бертилу. Хоть бы не позорился... Леночка стояла рядом и хлопала длинными ресницами. Прелестная девочка... И на редкость сообразительная...

Бертил радостно заулыбался.